Первая пероральная вакцина против Эболы для спасения диких человекообразных обезьян: итоги финального испытания на шимпанзе
В журнале Scientific Reports опубликованы результаты последнего на обозримое будущее биомедицинского испытания на содержащихся в неволе шимпанзе. Испытывалась вакцина против вируса Эбола — первая пероральная вакцина против любого заболевания, разработанная специально для сохранения диких человекообразных обезьян.
Помимо браконьерства и вырубки лесов, такие болезни, как Эбола и сибирская язва, опустошают популяции диких обезьян. Только Эбола, по оценкам, за последние три десятилетия уничтожила треть мировой популяции диких горилл.
Новое исследование показало, что пероральная вакцина против Эболы эффективна для шимпанзе, а подопытные животные демонстрировали минимальные признаки стресса. Учёные заявляют, что эта работа демонстрирует модель, которую можно использовать для других заболеваний и видов человекообразных обезьян в дикой природе.
Однако после десятилетий использования шимпанзе для испытания вакцин, предназначенных для людей, изменения в законодательстве привели к принудительному «выходу на пенсию» содержащихся в неволе популяций и закрытию исследовательских центров в США — последней развитой стране, где биомедицинские испытания на шимпанзе были законны.
Исследователи говорят о «ужасающей иронии»: эти реформы, являющиеся победой давних кампаний групп защиты животных, в конечном итоге нанесут ущерб диким шимпанзе и гориллам, поскольку любая вакцина для диких животных сначала должна быть испытана в неволе для подтверждения её безопасности.
По словам научной группы из Кембриджского университета (Великобритания), Университета Томаса Джефферсона и Университета Луизианы (США), многообещающая новая модель вакцины, возможно, никогда не дойдёт до стадии, когда её можно будет использовать для вакцинации находящихся под угрозой исчезновения диких обезьян.
Проблема доступа и метод доставки
Попытки вакцинировать диких обезьян ранее сводились к инъекциям с помощью шприцев-дротиков — трудоёмкой задаче, применимой лишь к небольшому числу особей, привыкших к людям. Напротив, пероральные вакцины, заключённые в привлекательные съедобные приманки, можно распространять по территориям обитания диких обезьян, чтобы вакцинировать большое число особей в течение длительного времени. Такой подход уже доказал свою эффективность для других видов, почти ликвидировав бешенство у лисиц (и последующую необходимость их отстрела) в континентальной Европе.
Ход испытания и результаты
Исследование проводилось на десяти шимпанзе в одном из последних исследовательских центров США в Нью-Иберии, Луизиана. Шесть животных получили пероральную вакцину, четырём сделали инъекции (контрольная группа).
Через 28 дней у всех животных сформировался устойчивый иммунитет без побочных эффектов. На этом сроке испытание было прекращено из-за новых правил Закона об исчезающих видах, запрещающих биомедицинские исследования на шимпанзе.
На протяжении испытания учёные внимательно отслеживали поведение и физиологию животных на предмет признаков сильного стресса. Помимо очень незначительной потери веса (2% от массы тела), признаки травматического стресса были «полностью отсутствующими».
Этические дилеммы и будущее
Доктор Питер Уолш, ведущий исследователь из Кембриджского университета, отмечает, что испытания на содержащихся в неволе шимпанзе технически всё ещё законны в США, если они приносят пользу виду. Однако ограниченное финансирование исследований по сохранению видов делает нежизнеспособным содержание популяций в биомедицинских центрах, в то время как зоопарки и заповедники либо «идеологически против», либо не хотят рисковать общественной реакцией.
Дальнейшая работа по улучшению вакцины, например, обеспечение её эффективности после воздействия высоких температур тропического леса, теперь, возможно, никогда не будет выполнена из-за закрытия центров с содержащимися в неволе шимпанзе.
«В идеальном мире не было бы необходимости в содержащихся в неволе шимпанзе. Но это не идеальный мир... Пероральные вакцины дают реальный шанс замедлить это снижение. Наш главный этический долг — не перед несколькими животными в неволе, а перед выживанием целого вида, который мы уничтожаем в дикой природе: наших ближайших родственников», — заключает Уолш.