Что едят косатки в Арктике?

Косатки (Orcinus orca) — главные морские хищники в своих ареалах и, кажется, едят всё: от косяков мелкой рыбы до крупных усатых китов, более чем вдвое превышающих их собственный размер. Расширение охотничьих территорий косаток в Арктике из-за изменения климата и таяния морского льда может серьёзно повлиять на баланс морской экосистемы. Новое исследование, опубликованное в перезапущенном открытом журнале BioMed Central Aquatic Biosystems, объединило научные наблюдения с традиционными знаниями канадских инуитов, чтобы определить поведение и рацион косаток в Арктике.

Косаток обширно изучали в северо-восточной части Тихого океана, где резидентные косатки едят рыбу, а мигрирующие — морских млекопитающих. В Антарктике выявлено пять отдельных экотипов, каждый из которых предпочитает разный тип пищи; аналогичные закономерности найдены в Атлантическом, тропическом Тихом и Индийском океанах. Однако о пищевых предпочтениях или поведении арктических косаток известно мало.

Традиционные экологические знания (ТЭЗ) всё чаще используются для дополнения научных наблюдений. Исследователи из Манитобы посетили 11 общин инуитов Нунавута и собрали информацию из более чем 100 интервью с охотниками и старейшинами.

Инуиты сообщили, что косатки «едят всё, что могут поймать», в основном других морских млекопитающих: тюленей (кольчатых, гренландских, морских зайцев и хохлачей) и китов (нарвалов, белух и гренландских). Однако указаний на то, что арктические косатки едят рыбу, не было. Только семеро опрошенных предположили, что косатки едят рыбу, но никто из них никогда этого не видел.

Тип добычи различался между регионами. Большинство случаев поедания косатами гренландских китов происходило в бассейне Фокса, а нападения на нарвалов были чаще у острова Баффинова Земля. Инуиты также могли описать из первых рук, как охотятся косатки, включая несколько сообщений о том, как они кооперируются для убийства гораздо более крупного гренландского кита. Во время охоты одни косатки удерживали плавники или хвост кита, другие закрывали его дыхало, а третьи кусали или таранили, чтобы нанести внутренние повреждения. Иногда местные жители находят мёртвых гренландских китов со следами укусов и внутренними травмами, но почти нетронутыми.

«Aarlirijuk» — страх перед косатками — влиял на поведение добычи: более мелкие млекопитающие искали убежище на мелководье или на берегу, а более крупная добыча уплывала, ныряла глубоко или пыталась спрятаться среди льдов. Даже нарвалы, способные проткнуть косатку своим бивнем (хотя это, вероятно, приведёт к гибели обоих животных), уплывают на мелководье и ждут, пока киты не отступят.

Косатки — сезонные посетители этого района и недавно начали осваивать Гудзонов залив (возможно, из-за потери летнего морского льда в результате глобального потепления). Местные сообщества зависят от тех самых видов, которых любят есть косатки. Доктор Стивен Фергюсон из Университета Манитобы, руководивший исследованием, отметил: «Использование местных знаний через ТЭЗ поможет учёным понять последствия глобального потепления и потери морского льда для арктических видов и улучшит совместные усилия по сохранению вместе с местными сообществами».