Вымирание видов угрожает хрупким экосистемам Австралии

Европейская колонизация Австралии и завезённые хищники и травоядные привели к быстрой и масштабной потере биоразнообразия. В результате за последние 200 лет в Австралии зафиксирован самый высокий в мире уровень вымирания млекопитающих.

Некоторые виды, например, тасманийский тигр (Thylacinus cynocephalus), подвергались целенаправленному истреблению, а другие, как недавно вымершая мозаичнохвостая крыса с острова Брамбл-Кей (Melomys rubicola), были оставлены без внимания.

Третьи, как кроличий бандикут Гилберта (Potorous gilbertii), оказались не в том месте и не в то время. Этот вид, ещё не вымерший, но считающийся самым исчезающим сумчатым в мире, потерял 90% естественной среды обитания из-за лесного пожара в конце 2015 года.

Исчезновение вида из сообщества означает и утрату выполняемых им процессов и функций. Все виды вносят вклад в поддержание экологии своего сообщества, но немногие делают это так, как роющие виды — беттонги, потору и бандикуты.

Часть цикла

Беттонги особенно важны, поскольку большинство видов питаются в основном гипогейными грибами (трюфелями) и распространяют споры грибов там, где роют.

Поскольку все эвкалипты образуют симбиотические отношения с гипогейными грибами по крайней мере на части своего жизненного цикла, распространение спор — одна из важнейших экосистемных услуг, которую может выполнять млекопитающее.

Беттонги также способствуют прорастанию и укоренению семян, аэрации почвы, внесению органических веществ и улучшению инфильтрации влаги.

До европейской колонизации на материковой Австралии обитало как минимум пять видов беттонгов. Теперь (за исключением рыжего беттонга Aepyprymnus rufescens, похожего зверька, но не из рода Bettongia) остался только Bettongia tropica, который занесён в список исчезающих.

Почти полная потеря этих инженеров экосистем на материке имеет далеко идущие последствия, которые в конечном итоге могут привести к сукцессии растительности — постепенной замене одного растительного сообщества другим. В данном случае — обеднённым.

В прошлом году я опубликовал в Journal of Mammalogy описание пустынного беттонга (Bettongia anhydra) на основе черепа и челюстей особи, пойманной живой в 1933 году на юго-западе Северной территории.

До сих пор этот вид считался синонимом его морфологически схожего родственника — малого кенгурового прыгуна (Bettongia lesueur). К сожалению, вновь идентифицированный пустынный беттонг с тех пор не встречался живым. Сколько ещё аборигенных млекопитающих было утрачено, не будучи распознанными, или их останки лежат в музейных шкафах в ожидании, когда на них посмотрит нужный человек?

Недавние прорывы в исследованиях ДНК показали, что то, что раньше считалось широко распространёнными видами, во многих случаях представляет собой видовые комплексы. Например, молекулярные исследования темнобурой сумчатой мыши (Antechinus swainsonii) выявили комплекс из пяти видов.

Хорошие и плохие новости

Хорошая новость: биоразнообразие Австралии богаче, чем мы думали. Плохая новость: мы по-прежнему теряем виды с тревожной скоростью. Что можно сделать для дальнейшего сокращения потерь наших уникальных млекопитающих помимо защиты нетронутых территорий?

Прежде чем пытаться восстановить экосистему, нужно точно знать, что мы хотим восстановить. Многие аборигенные млекопитающие вымерли на локальном уровне до того, как были составлены исторические записи. В результате голоценовые окаменелости (возрастом <10 000 лет) дают лучшее представление о распространении видов и предпочтениях среды обитания, чем исторические записи.

К сожалению, специалисты по охране природы и управлению природными ресурсами редко обращаются к палеонтологической летописи. Если бы они это делали, то увидели бы, что современное распространение многих видов плохо отражает их распространение в прошлом.

Например, широкозубая крыса (Mastacomys fuscus) в настоящее время обитает в альпийских регионах, но палеонтологические данные показывают, что менее 1000 лет назад она жила на уровне моря на полуострове Флёрьё и в Куронге.

Восстановление на основе доказательств

Проект восстановления Маллиганс-Флэт на северо-востоке Австралийской столичной территории — отличный пример, где голоценовые окаменелости использовались для принятия обоснованных природоохранных решений.

Исследовательская группа использовала окаменелости и другие данные для идентификации видов, которые когда-то обитали в их районе исследования. Затем они определили приоритетность реинтродукции видов на основе спектра экологических услуг, которые каждый вид выполняет.

Выпуск восточных (или тасманийских) беттонгов (Bettongia gaimardi) был их первоочередной задачей. Их реинтродукция, по-видимому, значительно улучшает качество почвы. Я считаю, что практика, применяемая в Маллиганс-Флэт, должна использоваться во всех будущих проектах восстановления.

Восточный беттонг считается безопасным на Тасмании, а северный беттонг (Bettongia tropica) всё ещё сохраняется в естественных условиях на материковой части Австралии.

Все остальные выжившие беттонги обитают на небольших островах. Это обеспечивает защиту от хищников, но ограничивает размер популяции, генетическое разнообразие и потенциал для реинтродукции.

Если мы не можем восстановить исходную фауну, я считаю, что нам необходимо серьёзно рассмотреть возможность создания новых, самоподдерживающихся сообществ, даже если у них нет современных или прошлых аналогов. Возможно, им даже придётся включать интродуцированные виды. Хотя это звучит радикально, это может быть единственным способом обеспечить долгосрочную защиту от вымирания для того, что осталось от уникальной фауны Австралии.