Веслоногие рачки — крошечные существа, которые могут помочь сократить импорт сои

В море рыбы питаются видами, находящимися ниже в пищевой цепи. Могут ли эти же виды стать основой новой индустрии кормов для аквакультуры?

"Это вполне возможно", — говорит исследователь SINTEF Ингрид Эллингсен. Такая индустрия сократит потребность в импорте сои.

Сейчас значительная часть корма для лосося основана на импортных сельхозпродуктах, например, сое. "Растущее население мира нужно кормить, поэтому мы не должны скармливать животным пищу, пригодную для людей", — считает Эллингсен. Вместо этого сырьё для рыбных кормов следует получать из нижних звеньев морской пищевой цепи.

Недостаточно изученный ресурс

Основная проблема — мы слишком мало знаем о влиянии вылова малоиспользуемых видов на морские экосистемы. Центр SFI Harvest, где работает Эллингсен, стремится закрыть этот пробел в знаниях.

Расчёты показывают, что объёмы биомассы в мезопелагической зоне (глубины 200–1000 м) в мировом океане огромны. Одним из мезопелагических видов в норвежской экономической зоне является веслоногий рачок Calanus finmarchicus. Это важный компонент в рационе промысловых рыб, таких как треска, минтай и скумбрия.

Содержание жирных кислот у C. finmarchicus может превышать 60%, что делает его потенциально фантастическим кормовым ресурсом.

"Промышленный вылов C. finmarchicus ведётся и сегодня, но квота на вылов составляет менее десяти тысячных от расчётной биомассы вида в Норвежском море", — говорит Эллингсен. Для оценки устойчивости увеличения добычи нужны дополнительные данные.

Качество корма из рачков быстро ухудшается после вылова из-за активных ферментов, запускающих расщепление жирных кислот. SFI Harvest экспериментирует с разработкой более эффективных, менее энергозатратных технологий обработки, чем заморозка.

Ценный жировой мешок

C. finmarchicus имеет годичный жизненный цикл. Летом он находится в верхних слоях воды, где много пищи, но и выше риск быть съеденным. Чтобы снизить его, рачок поднимается ночью для питания и опускается днём на глубину. Осенью он мигрирует ещё глубже и впадает в состояние диапаузы (спячки), живя за счёт запасов в жировом мешке. Весной возвращается на мелководье, размножается и умирает.

В районах с полярным днём доступ к пище становится ключевым фактором, определяющим вертикальные перемещения рачка.

Комбинация физики и биологии

Для успешного промысла нужно знать, где и когда вероятнее всего найти рачков, что зависит, в том числе, от океанических течений. Модели Ингрид Эллингсен описывают физику и биологию морской среды.

"Горизонтальные течения в океанах очень сильны, и рачки не могут плыть против них или поперёк", — объясняет Эллингсен. Таким образом, сначала можно предсказать, что их понесёт преобладающими течениями. Однако вертикальные течения слабее, и, поднимаясь и опускаясь в толще воды, рачки всё же могут влиять на свои миграционные пути.

Аспирантка Ева Чаморро Гарридо работает над созданием базы данных для модели, которая отобразит географическое и глубинное распределение рачков на основе проб с разных глубин и лазерных измерений с судов.

Ключевая роль миграционных паттернов

"Мы пока не знаем, будет ли экологически устойчивым увеличение квот на вылов рачков", — говорит Эллингсен.

"Однако, если выяснится, что ответ — 'да', и мы сможем безопасно использовать этот ресурс, рыболовным судам нужно будет знать, где искать улов. Наша модель может предсказать, где будут наилучшие возможности для коммерческого вылова с минимальным расходом топлива. Это может помочь возможному расширению промысла рачков, который будет экологически и коммерчески устойчивым".

Норвежский сектор аквакультуры планирует к 2050 году достичь годового объёма производства в 5 миллионов тонн. Для этого потребуется 6 миллионов тонн сухого корма. Чтобы предотвратить рост импорта сои, 75% белка в будущих кормах должно будет поступать из ещё неизвестных или неиспользуемых источников. Веслоногие рачки могут стать ключевой частью решения.