Потеря одних видов может быть важнее, чем потеря других

Канада рискует потерять своих белых медведей на севере, многие популяции чавычи на южном западном побережье и широко распространённый от Манитобы до Ньюфаундленда чёрный ясень.

В конце ноября 2018 года Комитет по статусу угрожаемых диких животных в Канаде (COSEWIC) подтвердил, что все эти виды находятся под угрозой исчезновения в Канаде. Но если они исчезнут, что мы действительно потеряем?

Этот вопрос становится особенно острым, если учесть, что COSEWIC также сообщил о риске исчезновения для 14 других канадских видов — включая степную ящерицу, черепаху, несколько пресноводных рыб и ряд цветковых растений.

Однако СМИ, казалось, больше всего интересовали лосось и белый медведь. Члены COSEWIC отмечают, что могли бы рассказать больше о озёрном гольяне — маленькой рыбе, предпочитающей холодную воду, которая поселилась в популярных горячих источниках на севере Британской Колумбии («гольян из джакузи»), или о виде осы, которая охотится на личинок жуков, атакующих фруктовые деревья на юге Британской Колумбии («оса-охотник»). В этом интересе скрывается целая матрешка ценностей природы.

Внутренние ценности: право на существование и красота

Внутренняя, сердцевинная кукла — это, пожалуй, и самая трудная для понимания концепция «внутренней (присущей) ценности»: идея о том, что виды имеют фундаментальное право на существование. Хотя эта ценность, несомненно, важна для многих людей, сложно вести философскую дискуссию о ней перед лицом множества угроз.

Известно, что чем больше узнаёшь о виде, тем более ценным он кажется: говорят, что биоразнообразие обладает преобразующей ценностью, которая может порождать другие ценности.

Эстетические ценности также играют важную роль в нашем отношении к природе и являются основным двигателем экотуризма, прямые расходы на который оцениваются более чем в 600 миллиардов долларов в год. Однако белые медведи, помимо привлекательности, развили в себе ещё две ценности, которые показались более важными.

Полезность и связанность

Белые медведи, чавыча и чёрный ясень также олицетворяют «полезную» ценность природы. Белых медведей добывают и фотографируют, чавычу ловят, а древесина чёрного ясеня необычайно полезна для изготовления корзин, находя применение «от колыбели до могилы».

Однако эти виды были выбраны для освещения также из-за их «реляционной ценности». Эта сложная концепция, которой Межправительственная группа экспертов ООН уделяет всё больше внимания в оценке благ природы, рассматривает, как люди воспринимают природу в контексте таких основополагающих идей, как справедливость, забота и добродетель. Каждая из этих ценностей по своей сути связана с сопричастностью.

Реляционная ценность — это внешний слой матрёшки ценностей природы. Для чавычи, белого медведя и чёрного ясеня дополнительная ценность, помимо внутренней, преобразующей, эстетической и полезной, частично объясняется их связью с людьми, живущими на Западе, Севере и Востоке Канады, как сейчас, так и в глубоком прошлом.

Белые медведи — больше, чем источник дохода для гидов и их общин; они глубоко укоренены в культуре людей, живущих рядом с ними. В более широком смысле, в последнее время белые медведи также несут на своих плечах значительную часть нашего коллективного беспокойства по поводу изменения климата.

Ценности внутри ценностей

40 учёных, собравшихся в Оттаве для определения статуса белых медведей, хорошо осознавали их важность для многих людей. Однако они старались не позволить этому повлиять на обсуждение. Их роль заключалась лишь в том, чтобы оценить перспективы вида на основе наилучшей доступной информации из научных исследований и традиционных знаний коренных народов. Почти столько же времени они потратили на определение статуса одного жука.

Как люди, мы все видим многослойные ценности биоразнообразия. Многие виды могут обладать только внутренней ценностью, но не все так считают, и эту ценность трудно сопоставить с другими нашими заботами. Другие виды становятся интереснее по мере изучения или могут быть полезными, и эти атрибуты, в свою очередь, могут поддерживать реляционные ценности, многие из которых носят глубоко культурный характер. Культурные ценности могут и меняются.

Итак, что мы теряем, если теряем вид или дикое пространство? Об этом стоит поговорить, потому что нет сомнений, что природа меняется быстро и многогранно: погода становится более экстремальной, мир становится теплее, влажнее (или суше), более связанным и, что критично, сокращается. Эти изменения затронут всех существ, обычно во вред им. Поэтому мы, вероятно, потеряем некоторых из них, особенно тех, кого недостаточно ценим.