У местных пчёл тоже появилась новая пандемия
Исследователи из Университета Колорадо в Боулдере обнаружили, что появляется всё больше свидетельств того, что другая «пандемия», как они её называют, заражает пчёл по всему миру на протяжении последних двух десятилетий и продолжает распространяться. Речь идёт о грибковом патогене Nosema.
Однако, хотя инфекция задокументирована в Европе, Канаде и даже в Кении, она почти исключительно регистрировалась у европейской медоносной пчелы — узнаваемого коммерческого опылителя. Результаты исследования, опубликованные в PLOS Pathogens, показывают, что почти ничего не известно о влиянии этого патогена на местных, одиночных пчёл, которые составляют большинство из примерно 20 000 видов пчёл на планете.
«Необходимо провести больше работ, чтобы понять инфекции Nosema у видов местных пчёл и потенциальные последствия для местных экосистем, если местные пчёлы пострадают так же, как медоносные пчёлы при заражении», — сказал Артур Груп II, ведущий автор и постдокторант кафедры экологии и эволюционной биологии.
Местные пчёлы не только невероятно важны как опылители в своих локальных экосистемах (поскольку медоносные пчёлы там обычно не встречаются), но и вносят вклад в опыление сельскохозяйственных культур.
«Каждый третий кусочек пищи, которую мы едим, появляется благодаря опылителю», — отметил Груп.
Популяции пчёл, и особенно ульи медоносных пчёл, по всему миру сокращаются в течение последних двух десятилетий из-за синдрома разрушения пчелиных семей. Хотя у этого явления нет единственной причины, на здоровье пчёл и их колоний влияет так называемое «правило четырёх P»: вредители (pests), патогены (pathogens), плохое питание (poor nutrition) и пестициды (pesticides).
Nosema — это грибковый патоген, тип Microsporidia, или спорообразующего одноклеточного паразита.
Он выживает, заражая кишечник пчёл, где прорастает, инфицирует клетку хозяина, размножается и разрывает клетку хозяина, чтобы выпустить споры. При прохождении через пищеварительный тракт эти споры могут заражать другие клетки в теле пчелы, вызывая болезнь и загрязняя по пути цветы, пыльцу и ульи. Некоторые штаммы Nosema даже снижают количество сперматозоидов и калечат мужские гениталии шмелей, уменьшая их репродуктивный успех.
Разные штаммы, в основном Nosema apis и Nosema ceranae, теперь также появляются в новых местах. Некоторые штаммы, в частности N. ceranae, вызывают круглогодичные инфекции в ульях, где ранее пчёлы могли бороться с ней сезонно.
Пока что в Колорадо задокументирован только Nosema bombi, который заражает шмелей. Однако, по словам Група, более опасный N. ceranae, вероятно, не за горами.
Существует несколько методов лечения, включая экстракты растений, методы селекции на устойчивость и микробные добавки. Но большинство исследований популяций местных пчёл ограничивались методами на основе ДНК, которые выявляют патоген в пчеле, а не рассматривают более целостно, как он влияет на пчелу и популяцию в целом.
Авторы исследования утверждают, что учёным крайне важно лучше понять, как эти штаммы Nosema перемещаются по земному шару и влияют на местных, одиночных пчёл, поскольку они могут привести к дальнейшим пандемиям среди пчёл и способствовать разрушению колоний.
Каскад эффектов
Некоторые цветы, такие как львиный зев (Penstemon), могут быть опылены только пчелой или насекомым с подходящим размером и весом, которые заставляют цветок открыться при посадке. Если этот тип пчелы будет уничтожен инфекцией, это растение также может исчезнуть — а вместе с ним и другие животные, которые питались его плодами или листьями.
Цветы — это также почти исключительно то место, где одиночные пчёлы (большинство всех видов пчёл) встречают своих партнёров, поскольку в остальном самки гнездятся поодиночке в земле или в структурах, построенных из растительных материалов. Если эти цветы погибнут, исчезнут и места, где пчёлы находят репродуктивных партнёров.
Ещё одна серьёзная угроза для местных пчёл — перескок патогена, когда заражённые пчёлы из коммерческих ульев оставляют грибок на цветах, и местные пчёлы его подхватывают. Эти местные пчёлы, никогда ранее не сталкивавшиеся с этим патогеном, могут быть гораздо более восприимчивы к его негативным эффектам.
То же самое может произойти и в обратном порядке: если у местных пчёл разовьётся новый штамм Nosema, этот более агрессивный штамм может затем попасть обратно в популяции коммерческих медоносных пчёл, у которых не будет устойчивости к этой конкретной версии.
Не зная, как Nosema влияет на местных, одиночных пчёл, мы можем не замечать целую пандемию и её экологические последствия.
«Мы так мало знаем о биологии происходящего, — сказала Алиша Куандт, соавтор и доцент кафедры экологии и эволюционной биологии. — Это одна из причин, по которой мы считаем так важным, чтобы люди начали проводить такую наблюдательную работу — выходить и отбирать пробы большего количества местных пчёл».