Мой хозяин — моя крепость: летучие мыши как хозяева
Несмотря на малое внимание исследователей, значительная часть мирового биоразнообразия состоит из паразитов. На естественные популяции организмов часто сильно влияют факторы окружающей среды, особенно хищники. Однако самая выдающаяся «гонка вооружений», созданная миллионами лет коэволюции, наблюдается между паразитами и их хозяевами. Летучие мыши, второй по разнообразию отряд млекопитающих в мире, заражены многочисленными линиями членистоногих; самыми заметными являются кровососки летучих мышей (bat flies). В свою очередь, сами эти мухи могут быть заражены Laboulbeniales — биотрофными грибами, паразитирующими на членистоногих. Этот пример гиперпаразитизма (состояния, когда вторичный паразит развивается внутри или на другом паразите) — система «летучие мыши → кровососки → грибы» — является крайне малоизученным явлением.
В новой статье в Trends in Parasitology исследователи Дэнни Халеватерс (Гарвардский университет), Карл Дик (Университет Западного Кентукки) и Томас Хиллер (Ульмский университет) обобщают известные данные об этой трёхсторонней системе. Известны лишь несколько сообщений начала XX века, два в 1980 году, а затем почти ничего до 2017 года, когда некоторые исследования выявили множество новых хозяев, ассоциаций и неописанных таксонов, указывая на гораздо большее разнообразие этих уникальных грибов. «Лишь около 10% видов Laboulbeniales паразитируют на мухах, — говорит Халеватерс. — Род Arthrorhynchus — безусловно крупнейший, с сотнями видов, из которых только 24 описаны на мухах».
Недостаток изученности гиперпаразитизма поднимает несколько неисследованных вопросов: как развивались такие ассоциации? Какие ограничения популяций необходимы для поддержания этих отношений? Насколько строги видовые связи? В обзоре команда указала, что мы практически ничего не знаем о биологии, ассоциациях с хозяевами или филогенетических связях вовлечённых организмов. Эта трёхсторонняя система интригующа и готова для будущих исследований. Хиллер отмечает, что исследования биоразнообразия редко включают связанных паразитов, упуская важную информацию о популяции хозяев и здоровье экосистемы.
Создание надёжных филогенетических реконструкций как для кровососок, так и для Laboulbeniales в глобальном масштабе критически важно для будущих исследований экологии, эволюции и коэволюции этой системы. «Исследования гиперпаразитизма обнажают факт, что природный мир остаётся неисследованным, — объясняет Дик. — Наше понимание гиперпаразитов бледнеет по сравнению со знанием о паразитах, которое, в свою очередь, бледнеет по сравнению со знанием о хозяевах». Помимо выявления закономерностей в экологии и эволюции, исследования этой и других многоуровневых систем будут способствовать дальнейшему открытию истинного глобального биоразнообразия. «Никто не изучал этих организмов в полевых условиях около 100 лет, — говорит Халеватерс. — Мы отправились в Дарьенский пробел в Панаме, чтобы изучить эту систему в небольшом заповеднике, и нашли три неописанные формы и новые данные о летучих мышах и кровососках».
Крупные полевые исследования и хорошо организованные музейные коллекции помогут создать базу данных десятков тысяч кровососок, которую можно будет анализировать для поиска связей между заражённостью Laboulbeniales, с одной стороны, и экологическими признаками, а также особенностями жизненного цикла летучих мышей и их паразитов — с другой. Такие комплексные наборы данных могут дать представление для ответа на более широкие вопросы, например, как нарушение среды обитания может формировать симбиотические отношения.