Бобры в парке Сиэтла могут осложнить нерест лосося
Семейство бобров поселилось в парке Каркик, построив серию плотин в устье ручья Пайперс-Крик. Их привлек звук текущей воды и обилие деревьев.
Самая большая плотина, в которую включена скамейка и два крупных дерева, расширилась настолько, что вода начала разливаться на пешеходную тропу. Эта плотина, укреплённая илом и ветками, также может стать препятствием для кеты, которая должна вот-вот вернуться на нерест, — сообщил Дэвид Кун, директор лососевой программы в Carkeek Watershed Community Action Project.
Пока неясно, как плотина повлияет на нерест. Частично это будет зависеть от количества и времени осадков в этом сезоне. Бобры строят плотины, чтобы создать пруд для строительства «хатки», защищающей от хищников.
В естественной среде с постоянным течением реки бобровая плотина не была бы проблемой для нерестящегося лосося. Но Пайперс-Крик, окружённый высоко урбанизированным водосбором с обилием бетона, — не естественная река.
Даже без бобров выживаемость икры лосося в парке Каркик низка. Из-за непроницаемости водосбора уровень воды в ручье быстро и резко меняется до и после дождя, что часто приводит к вымыванию икры. Многие другие факторы, такие как сток удобрений, пыль от шин и собачьи экскременты, также угрожают икре.
Хотя бобровые плотины иногда могут помогать икре, замедляя воду и фильтруя ил, плотины в парке Каркик могут помешать лососю подняться вверх по течению. Если уровень воды ниже плотин будет достаточно высок (сейчас это не так), чавыча и кижуч смогут перепрыгнуть их, а кета — пробиться через щели, пояснил Кун. В противном случае лососю придётся ждать, пока уровень воды не поднимется во время сильного дождя.
«Я не думаю, что ситуация настолько критична, чтобы говорить: "нам нужно срочно избавиться от этих бобров"... Думаю, нужно "подождать, понаблюдать, изучить и адаптироваться"», — сказал Кун.
Обычно мёртвую после нереста рыбу находят на расстоянии до полумили (около 800 м) от устья Пайперс-Крик вверх по течению, в ручье Венема. Бобровые плотины находятся на первых 300 футах (около 90 м) этого пути.
Департамент парков и отдыха Сиэтла совместно с Департаментом рыб и дикой природы Вашингтона изучает стратегии смягчения последствий и «управления» бобрами. Однако любые изменения можно будет внести только после завершения сезона миграции.
Планируется подать заявку на разрешение установить в плотине устройство для снижения уровня воды, а также, возможно, оградить деревья. Бобров, которые, вероятно, пришли из парка Голден-Гарденс, могут переселить.
Кун оценил длину самой большой плотины более чем в 50 футов (15 м), а глубину запруженной воды — минимум в 5 футов (1.5 м). Он, годами наблюдающий за лососем в парке, ранее видел небольшие плотины на Пайперс-Крик, вероятно, построенные молодыми неопытными бобрами, которые смывало после одного сильного дождя.
«Эти явно опытные, — сказал он. — Они проделали действительно хорошую, удивительную инженерную работу».
В этом году, когда поток прорывал некоторые мелкие плотины, бобры расширяли и удлиняли большую плотину, восстанавливая участки за ночь. Два взрослых бобра и один детёныш («киттен»), поселившиеся в Каркике, с тех пор обзавелись новым потомством.