Наука близких встреч с белыми медведями: новые методы мониторинга
Получение образца крови у белого медведя — одного из самых опасных хищников планеты — на арктической льдине сопряжено с риском. Ученые находят животное с вертолета, обездвиживают его с помощью дротика с седативным средством, и только затем ветеринар может приблизиться, чтобы надеть GPS-ошейник, взять кровь и сделать надрез в слое жира до того, как медведь проснется. Все это происходит при температуре до -30°C с учетом ветра.
На протяжении последних четырех десятилетий эксперты Норвежского полярного института (NPI) отслеживают здоровье и перемещение белых медведей на архипелаге Шпицберген. Как и во всей Арктике, глобальное потепление здесь происходит в 3–4 раза быстрее, чем в других регионах. В этом году восемь ученых на борту норвежского ледокола «Кронпринс Хокон» тестируют новые методы мониторинга, включая впервые отслеживание накопления стойких химических веществ PFAS («вечных химикатов»), которые попадают в организмы медведей из отдаленных частей планеты.
Точная работа на льду
После попадания дротика с седативным средством команда ждет 5–10 минут, чтобы убедиться, что медведь уснул, затем быстро приступает к работе. На шею медведя надевают GPS-ошейник (только самкам, так как у самцов шея толще головы, и ошейник спадет). Ветеринар делает точный надрез в коже, чтобы имплантировать кардиомонитор между слоем жира и плотью. Это позволяет круглогодично регистрировать температуру тела и сердечный ритм, чтобы понять, сколько энергии самкам требуется тратить в меняющихся условиях.
Также берется биопсия жира для исследования уровня стресса и содержания «вечных химикатов» — основных загрязнителей, обнаруживаемых в организме медведей. Новый метод биопсии тестируется, чтобы «наиболее точно представить, что испытывают медведи в дикой природе, но в лабораторных условиях».
Изменения в рационе
Исследования уже показали, что диета примерно 300 медведей Шпицбергена меняется по мере отступления льда. Они по-прежнему охотятся на тюленей, но также потребляют яйца, северных оленей и даже морские водоросли, хотя последние не дают им энергии. Тюлени остаются ключевым источником пищи: за три месяца охоты медведи могут получить около 70% годовой потребности в энергии. Это, вероятно, объясняет, почему их состояние остается хорошим, несмотря на таяние льдов. Однако ученые предупреждают: если потепление сократит возможности охоты на тюленей, медведям будет сложнее. «Есть заметные изменения в их поведении… но они справляются лучше, чем мы опасались. Тем не менее, существует предел, и будущее может быть не таким радужным». Долгая продолжительность жизни и способность учиться на опыте дают медведям определенную способность к адаптации.
Успех природоохранного законодательства
Обнадеживающим открытием стали признаки снижения уровня некоторых загрязнителей. У медведей, отловленных повторно спустя 6–8 лет, наблюдается снижение концентрации ряда регулируемых загрязняющих веществ. «Это отражает успех регулирования, введенного за последние десятилетия». Эксперты NPI вносят вклад в Арктическую программу мониторинга и оценки (AMAP), выводы которой влияют на разработку правил и запретов на загрязнители.
Концентрация многих регулируемых загрязнителей в арктических водах снизилась за последние 40 лет. Однако разнообразие загрязняющих веществ увеличилось: теперь в крови и жировой ткани медведей обнаруживается больше типов химических веществ. Почти неразрушимые химические вещества PFAS («вечные химикаты»), используемые в косметике, антипригарных покрытиях и других продуктах, накапливаются в воздухе, почве, воде и пище. В конечном итоге они попадают и в организм человека, особенно в кровь, ткани почек и печени, вызывая опасения относительно токсических эффектов и связи с онкологическими заболеваниями.