Экологи предлагают рекомендации для экологически ответственного восстановления вымерших видов
Можно ли вернуть к жизни шерстистого мамонта? Учёные считают, что это лишь вопрос времени.
В этом году Международный союз охраны природы (IUCN) впервые выпустил официальные рекомендации по восстановлению вымерших видов. Кроме того, университетские лаборатории и неправительственные организации уже реализуют проекты по возвращению исчезнувших видов. Но хороша ли эта идея?
Исследователи из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре (UCSB) изучили процесс де-экстинкции (воскрешения вымерших видов) как потенциальную пользу для охраны природы и предложили, как этого добиться.
В анализе, опубликованном в журнале Functional Ecology, эколог Дуглас МакКоли и его коллеги рекомендуют несколько путей развития науки о де-экстинкции, чтобы она приносила максимальную пользу экологическим сообществам и экосистемам.
«Идея де-экстинкции поднимает фундаментальный философский вопрос: делаем ли мы это, чтобы создать зоопарк или воссоздать природу?» — говорит соавтор Бенджамин Халперн. — «Оба ответа разумны, но восстановление видов в естественном состоянии будет гораздо, гораздо более сложной задачей. Мы предлагаем рекомендации, как сделать экологическую де-экстинкцию более успешной и избежать создания "эко-зомби"».
Возвращение видов, полезных для охраны природы, требует масштабного мышления. Например, экосистема степей, в которой жил мамонт, сегодня выглядит совершенно иначе. По ряду причин, включая расширение популяции человека, некоторые территории, где когда-то бродили эти существа, не могут быть восстановлены до прежнего состояния.
«То, что некоторые предлагают сделать с де-экстинкцией, будет похоже на изготовление детали от двигателя Ford Model T и попытку втиснуть её в Tesla», — говорит ведущий автор Дуглас МакКоли. — «Нельзя просто взять часть и поместить её в совершенно новую систему, ожидая, что она будет работать, не учитывая, как изменился её экологический контекст».
Три рекомендации для восстановления экологической функции
Команда UCSB разработала три рекомендации для восстановления экологической функции с помощью де-экстинкции:
Воскрешать недавно вымершие виды, а не те, что исчезли тысячи лет назад. Эти существа могут более органично вписаться в свои экосистемы, так как у них было меньше времени на изменения. В качестве примеров таких «молодых» вымираний исследователи приводят новогвинейскую летучую мышь (Pipistrellus murrayi), гигантскую черепаху с Реюньона и австралийскую палочковидную крысу.
Выбирать животных, чьи экологические функции по-настоящему незаменимы. Например, новогвинейская летучая мышь была единственной насекомоядной летучей мышью в своей среде обитания. Её восстановление заполнило бы пробел в экосистеме, который природе было бы сложно заполнить иначе. То же самое относится к гигантской черепахе с Реюньона, которая распространяла семена по всему своему островному ареалу в Индийском океане до того, как была истреблена моряками. Эти растения до сих пор существуют, но без черепах, выполнявших свою экологическую функцию распространителей семян, они движутся к вымиранию.
Возвращать виды, которые можно восстановить до функционально значимого уровня численности. «Вам нужно достаточно особей, чтобы они выполняли свою функцию на уровне, достаточном для воздействия на экосистему», — поясняет соавтор Молли Хардести-Мур. — «Один волк, охотящийся и убивающий, оказывает минимальное влияние, но сотни волков, выполняющих эту функцию, изменят экосистему».
Учёные UCSB надеются не отвергать де-экстинкцию полностью, а начать в научном сообществе дискуссию о том, как сделать этот процесс более экологически осмысленным. Для ответа на вопрос, можно ли разумно использовать этот инструмент для реальной охраны природы, потребуются мнения не только генетиков, но и экологов, биологов-охранников и менеджеров экосистем.