Как определить, что вид, находившийся под угрозой, восстановился? Дело не только в численности

Во всем мире животные и растения исчезают с угрожающей скоростью. В мае 2019 года крупный отчет ООН предупредил, что около миллиона видов находятся под угрозой исчезновения — больше, чем когда-либо в истории человечества.

Для ученых-экологов, таких как я, первостепенной задачей является прогнозирование и предотвращение вымираний. Но мы рассматриваем это как важный первый шаг, а не конечную цель. В конечном счете, мы хотим, чтобы виды восстанавливались.

Проблема в том, что если вымирание легко определить, то восстановление — нет. До недавнего времени не существовало общего определения «восстановившегося» вида. В результате некоторые планы восстановления видов гораздо менее амбициозны, чем другие, и у ученых нет общего критерия для признания успехов в охране природы.

Чтобы решить эту проблему, Комиссия по выживанию видов Международного союза охраны природы (IUCN) — крупнейшая в мире сеть защитников природы — разрабатывает Зеленый список видов (Green List of Species) для демонстрации восстановления видов. Этот инструмент дополнит известный Красный список (Red List), который указывает на исчезающие виды.

В то время как Красный список фокусируется на риске вымирания, Зеленый список будет измерять восстановление и успех природоохранных мероприятий. Как член команды, отвечающей за превращение Зеленого списка в практический инструмент, я вижу в нем способ измерить влияние природоохранной деятельности, рассказать об успехах, а также извлечь уроки из неудач.

Определение восстановления

Чтобы понять, чего добилась охрана природы, и поощрять амбициозные цели, нам нужен объективный способ измерить прогресс в восстановлении вида. Исследования планов восстановления, разработанных в соответствии с Законом США об исчезающих видах, показывают, что некоторые планы считают вид восстановленным, даже если его популяция остается прежней или сокращается в ходе восстановительных работ. Стандартное определение восстановления предотвратило бы такие несоответствия и побудило бы управляющих дикой природой ставить более высокие цели.

Ученые-экологи давно пытались определить различные аспекты восстановления видов. Проанализировав эти попытки, наша команда сформулировала несколько требований для признания вида полностью восстановленным.

Как я объясняю вместе с международной группой коллег в новом исследовании, ключевая идея заключается в том, что популяции вида должны быть «функциональными». Под этим мы подразумеваем, что они способны выполнять все роли, которые, как известно, вид играет в экосистемах, где он обитает. Это может показаться очевидным измерением, но на самом деле некоторые виды, которые считаются «восстановленными» в США, этому критерию не соответствуют.

Экологическая функция

Каждый вид выполняет множество экологических функций. Например, пчелы помогают растениям размножаться, опыляя их. Когда птицы и летучие мыши поедают плоды, а затем выделяют семена, они помогают лесам восстанавливаться.

Точно так же, когда лосось плывет вверх по течению на нерест, а затем становится добычей медведей и других хищников, этот процесс переносит необходимые питательные вещества из океанов в реки и леса. А когда в юго-восточных штатах США горючие травы сгорают, они поддерживают пожары, которые сохраняют сосновые леса.

Все эти важнейшие функции возможны только при наличии достаточного количества особей ключевого вида. Иными словами, недостаточно просто сохранить вид — также необходимо предотвратить исчезновение его функций.

Функциональное вымирание

Ученым уже несколько десятилетий известно, что вид может сохраняться в таких малых количествах, что не выполняет экологические роли, которые играл раньше. Это может быть верно, даже если присутствует значительное количество животных или растений.

Один из примеров — американский бизон, история сохранения которого является большим успехом с точки зрения предотвращения его исчезновения. Охота сократила популяцию бизонов до нескольких сотен особей в западных штатах в конце XIX века, но природоохранные инициативы восстановили их на общественных, частных и землях коренных американцев по всему Западу.

Сегодня бизонам, по-видимому, не грозит исчезновение. Однако они занимают менее 1% своего исторического ареала, и большинство из примерно 500 000 существующих сегодня особей разводятся в коммерческих целях. Менее 20 000 бизонов живут в природоохранных стадах — это лишь малая часть их доколумбовой популяции, которая насчитывала миллионы или десятки миллионов.

До того, как их численность сократилась до грани исчезновения, бизоны формировали среду обитания и ландшафты прерий, валяясь в пыли, вытаптывая и выпасаясь. Они влияли на экосистемы, превращая растительность в белковую биомассу для хищников, включая людей, и перераспределяя питательные вещества в этих экосистемах.

Несмотря на то, что бизонам не грозит вымирание, с точки зрения их вклада в экосистемы и ландшафты, которые они когда-то населяли, я считаю, что этот вид следует считать функционально вымершим, а не полностью восстановившимся.

Это не означает, что его сохранение является провалом. Напротив, согласно новым критериям сохранения, которые я и другие ученые предложили для Зеленого списка, бизон получил бы высокие оценки по нескольким пунктам, включая «Природоохранное наследие» (Conservation Legacy) — то есть он значительно выиграл от прошлых защитных усилий — и «Природоохранный выигрыш» (Conservation Gain), или потенциал для положительного ответа на дальнейшие инициативы.

Полное восстановление

Для контраста рассмотрим другой вид, который широко считается успешной историей сохранения: скопу. Популяции этой рыбоядной хищной птицы резко сократились по всей Северной Америке в 1950–1970-х годах, в основном из-за отравления инсектицидом ДДТ и его производными.

Природоохранные усилия с тех пор, включая федеральный запрет на ДДТ и установку искусственных гнездовий, привели к резкому восстановлению популяции до уровня, предшествовавшего сокращению. Более того, многие популяции скопы в США и Канаде теперь превышают исторические показатели. Согласно предлагаемым нами критериям Зеленого списка, этот вид теперь можно считать экологически функциональным в большинстве, если не во всех частях своего ареала.

Амбициозные цели

Ученые-экологи давно считают влияние вида на другие виды и на экосистемы, которые он населяет, фундаментальным аспектом его сущности и внутренней ценности. Инициатива «Зеленый список видов» стремится выйти за рамки простого предотвращения вымирания, определяя восстановившиеся виды как те, которые экологически функциональны в пределах своих естественных ареалов. Этот новый фокус направлен на поощрение природоохранного оптимизма путем освещения историй успеха и демонстрации того, что с помощью человека виды, когда-то находившиеся под угрозой, могут вернуть свое место в паутине жизни.