Клещ варроа: угроза пчеловодству и экосистеме Австралии

Паразитический клещ варроа, вызвавший коллапс популяций медоносных пчёл по всему миру, достиг Австралии. Профессор Саша Михеев из Австралийского национального университета объясняет последствия вспышки.

Что такое клещ варроа?

Клещ варроа — это крошечный паразитический членистоногий, который живёт внутри пчелиных колоний и питается личинками и взрослыми особями медоносных пчёл.

Изначально клещ был обнаружен у восточной медоносной пчелы в Азии. В конце XIX или начале XX века западные медоносные пчёлы, используемые в пчеловодстве, были завезены в Азию, что позволило клещу перейти на новый вид. Это положило начало пандемии, опустошившей популяции пчёл по всему миру.

По словам профессора Михеева, «подобно тому, как укус комара вызывает у людей раздражение, сами клещи наносят пчёлам относительно небольшой вред. Как и комары с лихорадкой денге или малярией, основную опасность представляют смертельные вирусные заболевания, переносимые клещами варроа, которые и вызывают коллапс колоний западных медоносных пчёл».

Можно ли остановить вспышку?

После обнаружения клеща в порту Ньюкасла в Новом Южном Уэльсе (NSW) развернуты усилия по его обнаружению и уничтожению. Профессор Михеев отмечает, что, хотя правительство NSW активно работает над сдерживанием и ликвидацией заражения, ни одной другой стране не удалось этого сделать, и риск распространения по Австралии остаётся высоким.

«Трудность искоренения заключается в том, что у нас очень большая популяция одичавших западных медоносных пчёл, которые живут в буше и которых очень трудно обнаружить. Поэтому даже если заражённые ульи можно обнаружить и уничтожить, сделать то же самое с одичавшими колониями гораздо сложнее».

Последствия для Австралии

Опыт таких стран, как Новая Зеландия, куда клещ варроа попал в 2000 году, показывает, чего ожидать Австралии.

Пчеловодческая отрасль значительно пострадает: ульи будут уничтожаться для сдерживания вспышки, а распространение клеща будет заражать колонии. Пчеловодам придётся обрабатывать ульи химическими средствами.

Также ожидается рост стоимости услуг по опылению для сельского хозяйства, которые играют критическую роль в опылении коммерческих культур. Эти расходы, вероятно, переложатся на потребителей. Кроме того, многие мелкие пчеловоды, производящие бутиковый мёд, могут не выдержать конкуренции.

Есть ли положительные стороны?

По словам профессора Михеева, вспышка, вероятно, приведёт к коллапсу популяций одичавших западных медоносных пчёл, но это может быть и к лучшему.

«Западные медоносные пчёлы являются инвазивным видом и доминируют в австралийской экосистеме. Их сокращение может позволить расти популяциям местных медоносных пчёл, поскольку клещ не поражает их, и маловероятно, что он переключится на них.

Клещи очень специфичны в выборе хозяев. Даже переход с восточной медоносной пчелы на западную, которые очень близкородственны, занял довольно много времени. Поэтому мы не опасаемся, что клещ переключится на местных пчёл.

Опасение для местных пчёл вызывает то, что есть свидетельства возможности перехода вирусов, переносимых клещами, к ним и другим местным насекомым. По всему миру вирусы пчёл обнаруживают у местных видов насекомых. Как распространяются эти вирусы и каковы их последствия, до сих пор плохо изучено, но за этим нужно внимательно следить».

Что дальше?

Хотя текущие усилия сосредоточены на уничтожении заражённых ульев, в долгосрочной перспективе, по мнению профессора Михеева, учёные сыграют решающую роль в смягчении последствий заражения клещом для популяций пчёл в Австралии.

«Мы можем разработать очень творческие методы борьбы с клещом варроа, включая методы лечения, снижающие воздействие на пчёл и других насекомых. Кроме того, нам необходимо внедрить исследовательские программы, ориентированные на местных медоносных пчёл, чтобы отслеживать, затронуты ли они и как именно».