Дерево-«суперзахватчик» наступает на юг США, но блошастый жук может стать героем

Талловое дерево, «суперзахватчик» с токсичными листьями и без естественных врагов в Северной Америке, завоевывает южные штаты США.

Вытесняя леса от Техаса до Флориды, талловые деревья растут в три раза быстрее большинства местных лиственных пород, и каждое ежегодно сбрасывает 100 000 семян. Контролируемые выжигания не остановили их распространение, как и обработка гербицидами с вертолетов. Вырубка эффективна, только если каждый пень немедленно заливать химикатами. Использование их для биотоплива пока больше обещание, чем практическое решение.

Некоторые ученые считают, что лучшей альтернативой может стать интродукция блошастого жука (Bikasha collaris) из естественной среды обитания таллового дерева в Восточном Китае.

Ученые осознают «кошмарные сценарии» с другими неместными растениями и насекомыми, говорит эколог Майкл Массими. Но он также указывает на успешные примеры, такие как водяной долгоносик, поедающий гигантскую сальвинию — плавающий папоротник из Бразилии, который засорял водоемы Флориды и Техаса, пока не завезли его насекомого-врага. Этот долгоносик прошел аналогичную линию тестирования в Министерстве сельского хозяйства США (USDA) и, как и блошастый жук, проводит весь свой жизненный цикл на одном растении.

«Импорт организма для контроля над другим организмом сходу не кажется очень разумным решением. Но оказывается, что особенно в случае насекомых и растений, которые коэволюционировали на протяжении многих миллионов лет, насекомое часто очень специфично к хозяину», — поясняет Массими, координатор по инвазивным видам в программе национального эстуария Батария-Терребонн на побережье Мексиканского залива в Луизиане.

В данном случае блошастый жук в основном игнорирует другие растения, поедая корни и листья таллового дерева (Triadica sebifera). Эта специфичность к хозяину была проверена на примерно 150 других видах растений в ходе десятилетней лабораторной работы в США и Китае.

Служба инспекции здоровья животных и растений USDA готовит оценку воздействия на окружающую среду, которая будет включать период общественного обсуждения. В случае одобрения жуков могут выпустить в 2018 году. Тем временем исследователи в Луизиане изучают талловые деревья, чтобы лучше понять эффективность жука после его выпуска.

Бенджамин Франклин отправил семена таллового дерева из Лондона другу в Джорджию в XVIII веке, но генетические тесты сняли с отца-основателя вину за тот вид деревьев, который сегодня так агрессивно распространяется. Согласно исследованию 2011 года в The American Journal of Botany под руководством эволюционного биолога из Университета Райса Эвана Симана, эти деревья были завезены федеральными биологами около 1905 года.

Данные Лесной службы США показывают, что талловое дерево теперь распространилось в 10 штатах. Его численность почти утроилась в Техасе за последние два десятилетия и увеличилась на 500% в Луизиане, где его более высокая толерантность к засолению позволяет ему вытеснять покрытые мхом болотные кипарисы в заболоченных местах и протоках. Популяции также растут вдоль атлантического побережья от Флориды до Каролин.

«Талловые деревья пользуются нарушениями среды, — говорит Нэнси Лёвенштайн, специалист по инвазивным растениям из Обернского университета. — Штормы, наводнения, строительные площадки, места вырубки — все, что нарушает окружающую среду, дает инвазивному виду, такому как талловое дерево, возможность захватить территорию».

Помощь не может прийти слишком рано для хранителей страдающих лесов Америки. Талловые деревья становятся полностью зрелыми всего за три года, намного опережая местные клены, дубы, кипарисы и вязы. Их листья токсичны для некоторых животных, а опадающая листва меняет химию почвы и ставит в невыгодное положение растения-конкуренты.

«Китайские талловые деревья очень конкурентоспособны, и у них здесь нет естественных хищников, как в родном Китае, — говорит Каран Роулинс, специалист по инвазивным видам из Центра инвазивных видов и здоровья экосистем Университета Джорджии. — Очень немногие, если вообще какие-либо насекомые, распознают его как источник пищи, поэтому он, по сути, стал суперзахватчиком».

Также известное как «попкорновое» или свечное дерево, талловое дерево широко высаживали с момента появления первых семян. Ценимое как декоративное за яркую осеннюю листву, оно имеет семена в маленьких зеленых капсулах, которые растрескиваются при созревании, обнажая небольшое скопление, напоминающее пухлое зерно попкорна. Его масла использовались для изготовления свечей и мыла, а пчеловоды ценят обильный нектар.

Но экологи утверждают, что вреда от него больше, чем пользы: он снижает разнообразие растений, деревьев и насекомых, ослабляя пищевую цепь для птиц и животных. По крайней мере одно исследование показало, что икра лягушек с меньшей вероятностью превращается в головастиков в воде, загрязненной талловым деревом. А поскольку семена не очень питательны, по словам Массими, они похожи на «джанк-фуд» для перелетных птиц.

Потребовалось более десяти лет, чтобы очистить от таллового дерева лишь половину из 86 акров Природного центра Общества Одюбона в Луизиане после наводнений от ураганов «Катрина» и «Рита».

«У нас еще есть 40 с лишним акров, которые на 95% покрыты китайским талловым деревом, так что работы много, и это будет долгий, очень долгий путь, — говорит Ллевеллин Эверидж, руководящий волонтерами и стажерами на этом участке. — Это не та проблема, которую можно решить быстро».