Восстановление исчезающих лугов Юга США

В начале 2000-х годов вырубка сосен на плато Камберленд в Теннесси привела к удивительному открытию. Семена и корневища местных трав и полевых цветов, десятилетиями находившиеся в состоянии покоя, проросли, когда солнечный свет достиг земли.

Эта территория была частью обширной мозаики южных лугов, которые сегодня сохранились лишь в виде крошечных фрагментов — часто на обочинах дорог или под линиями электропередач. Эти экосистемы долгое время оставались без внимания природоохранных организаций, но ситуация начинает меняться.

В Теннесси на территории управления дикой природой Катуса (Catoosa Wildlife Management Area) официальные лица теперь поддерживают около 4000 акров лугов с помощью контролируемых низкотемпературных палов. Вместе с местными растениями вернулись и животные, предпочитающие луговые биотопы, включая наземно-гнездящихся птиц и кроликов.

Тем временем Инициатива по сохранению лугов Юго-Востока (Southeastern Grasslands Initiative) работает над восстановлением тысяч акров других лугов, одновременно создавая банк семян, открывая новые виды и организуя волонтёров для поиска сохранившихся фрагментов.

По оценкам инициативы, на большей части Юга было утрачено не менее 90% естественных лугов. Несмотря на сокращение ареала, южные луга по-прежнему являются домом для невероятного разнообразия растений и животных — большего, чем в окружающих лесах, которые часто являются приоритетом для охраны. Один исследователь задокументировал более 90 видов пчёл на одном сохранившемся участке в 50 акров (20 гектаров) под ЛЭП в районе Блэк-Белт в Миссисипи. В целом оставшиеся прерии Блэк-Белт являются домом для более чем 1000 видов бабочек.

Одна из причин, по которой луга так легко утрачиваются, заключается в том, что многие люди не воспринимают их как нечто особенное, считает эколог Тео Уитселл, сооснователь инициативы (2018 г.).

"У вас может быть древний луг, которому тысячи лет, сохранившийся на каком-нибудь маленьком сенокосном лугу, который никогда не засевали. Они изолированы и не признаны, если вы не разбираетесь в растениях".

Луга бывают разных форм — заболоченные участки, каменистые пустоши, пышные прерии, даже редколесья — везде, где древесный покров достаточно разрежен, чтобы травы, цветы и другие мелкие растения могли процветать. Вот почему саванну из длиннохвойной сосны, которая некогда простиралась на более чем 140 000 квадратных миль (364 000 км²) от Вирджинии до Техаса, можно считать лугом, хотя её доминирующим визуальным элементом является дерево.

Известный натуралист Э. О. Уилсон писал, что биом южных лугов, вероятно, является "самым богатым наземным биомом во всей Северной Америке". Он также является одним из наиболее находящихся под угрозой исчезновения. Из-за потери среды обитания многие животные практически исчезли с этих территорий, включая бабочку-монарха, восточного лугового трупиала и виргинскую перепёлку. И этот процесс продолжается.

Поиск сохранившихся фрагментов для защиты естественных лугов иногда требует столько же детективной работы, сколько и ботанических знаний. Учёные инициативы используют старые карты с подсказками в названиях мест, таких как "Прери-Крик" (Prairie Creek). Также помогают старые земельные съёмки с границами, отмеченными кучами камней там, где не было больших деревьев для ориентиров. У них есть команда волонтёров, которая исследует более 4000 миль старых обочин в поисках местных растений.

Сооснователь инициативы Дуэйн Эстес — профессор ботаники и экологии в Университете Остина Пи, где базируется организация. Он недавно посетил 900 акров (364 га) бывших сельхозугодий в Нэшвилле, которые он изучает для городского департамента парков с целью восстановления примерно трети площади до состояния естественных лугов.

На вопрос о типе луга Эстес ответил, что у него нет названия, потому что он никогда не был формально описан в научной литературе. Как и многие южные луга, он был утрачен до того, как его успели зафиксировать.

"Почти всё вокруг нас изменилось", — сказал он. Но он указал на несколько светолюбивых местных растений, таких как дикая рожь Макгрегора и корявый дуб каштановый, сказав, что они дают подсказки о том, какой была эта земля сотни лет назад.

Большая часть земель, которые инициатива надеется восстановить, находится в частной собственности. Эстес говорит, что знание культурной, а также ботанической истории помогает ему в разговорах с фермерами о сохранении природы. Он может рассказать им историю о том, что когда-то здесь росло, и связать это с тем, какие люди здесь жили и где они выбирали строить дома, охотиться и заниматься сельским хозяйством.

Среди частных землевладельцев, с которыми ведётся работа, — бывший лидер большинства в Сенате США Билл Фрист (республиканец от Теннесси) и его жена Трейси, владеющие фермой площадью 900 акров (364 га) в Нью-Касле, Вирджиния. Трейси Фрист выращивает мясной скот на обильных местных травах. Студент-выпускник Технологического университета Вирджинии изучает питательную ценность этих трав и их влияние на скот и получаемое мясо. А Эстес помогает семье Фрист понять, как лучше всего управлять своей землёй с помощью выпаса и контролируемого огня.

Они уже поддерживают "коридор для бабочек" с молочаем для мигрирующих монархов и водно-болотное угодье с большим бобровым прудом.

"Я не знала о разнообразии и истории этих трав и не понимала, насколько они важны для миграции и биоразнообразия", — сказала Трейси Фрист.

Даже для учёных естественные луга всё ещё таят сюрпризы.

"За последние шесть лет я описал 25 новых видов кузнечиков", — сказал ДжоВонн Хилл, исполняющий обязанности директора Энтомологического музея Миссисипи и профессор Университета штата Миссисипи.

Первого нового кузнечика он обнаружил в кедровой прогалине в Теннесси недалеко от города Лебанон. "Это район, который ботаники изучают с 1800-х годов, — сказал Хилл. — Но буквально с первого шага, как только я вышел из машины, я увидел, как подпрыгнул кузнечик, похожий на того, которого я никогда раньше не видел.

Прямо здесь, на Юго-Востоке, у нас есть виды, которые мы ещё не нашли".