Новые виды, по-видимому, возникают в результате внезапных изменений

Исследователь Умеоского университета Фолмер Бокма объясняет, что живые виды имеют ограниченную способность адаптироваться к окружающей среде. Его результаты показывают, что виды изменяются не постепенно, как предполагает современная эволюционная теория, а внезапно при возникновении нового вида.

Эволюционный стазис — это альтернативная научная интерпретация широко принятому неодарвинизму. Он означает, что большинство видов демонстрируют незначительные эволюционные изменения на протяжении истории, а эволюция происходит более резко и может приводить к разделению одного вида на два разных. Теория зародилась среди палеонтологов, изучающих окаменелости, которые обнаружили отсутствие промежуточных форм. Однако определение вида ископаемых организмов — относительно сложная задача.

Фолмер Бокма разработал алгоритмы для обнаружения эволюционного стазиса среди характеристик современных, существующих видов в группах, которые не оставляют окаменелостей. Он представил свои результаты на ежегодной встрече Американской ассоциации содействия развитию науки (AAAS) в Бостоне 17 февраля 2013 года.

Метод основан на том, что сначала с помощью ДНК восстанавливают родственные связи между видами в виде генеалогического древа. Затем с помощью статистических методов реконструируют, как происходила эволюция признаков, например, размера тела.

Бокма проанализировал различные группы животных, такие как плодовая мушка (Drosophila melanogaster), а также размер тела у птиц и млекопитающих. Его результаты показывают, что виды изменяются не постепенно, как предсказывает неодарвинизм, а внезапно при возникновении нового вида. Это означает, что при изменении среды обитания виды не адаптируются и могут вымереть, несмотря на наличие более чем достаточного количества генетических вариаций на индивидуальном уровне. В этом заключается парадокс.

По мнению Бокмы, объяснение парадокса в том, что многие признаки в первую очередь приспособлены друг к другу внутри вида. Он приводит пример:

"Белки белых медведей не адаптированы к температуре на Северном полюсе, но температура их тела составляет 37 градусов по Цельсию. У белых медведей такая же температура тела, как у верблюда в пустыне, несмотря на разницу в среде обитания. Для адаптации температуры тела потребовалось бы множество одновременных генетических изменений, влияющих на все белки в правильном направлении, что крайне маловероятно. Поэтому виды не адаптируют температуру тела к окружающей среде — и у белых медведей, и у верблюдов она примерно такая же, как у всех других млекопитающих".

Таким образом, эволюция ограничивается признаками, которые находятся вне таких комплексов взаимосвязанных свойств. Поэтому у белых медведей появился густой белый мех, который обеспечивает необходимую изоляцию для поддержания неизменно высокой температуры тела.

Бокма также обсуждает, насколько эта модель является общей чертой сложных систем, которую можно применять в совершенно иных контекстах. Конкретный пример — университет, который отстаёт из-за изменений в обществе, потому что создал сложную систему правил, делающую невозможным изменение некоторых процедур без переписывания примерно половины регламентов.