Иерархии у людей и омаров: сравнение, которое не работает

Психолог Джордан Питерсон утверждает, что иерархии — естественная часть человеческого общества, и в качестве доказательства приводит пример омаров, с которыми у людей есть общий эволюционный предок. Он заявляет, что и у омаров, и у людей есть нервная система, "работающая на серотонине", которая настроена на социальный статус. Чем выше положение омара в иерархии, тем больше серотонина доступно, и наоборот. По мнению Питерсона, у людей всё устроено аналогично.

Омары против людей

Действительно, серотонин присутствует у ракообразных (включая омаров) и тесно связан с доминантным и агрессивным социальным поведением. Инъекции серотонина свободно движущимся омарам вызывают у них агрессивные позы, похожие на позы доминирующих особей.

Однако нервные системы членистоногих (как омары) и позвоночных (как люди) несопоставимы по сложности. Если сравнивать с компьютерными играми, то членистоногие — это "Змейка" на телефоне первого поколения, а позвоночные — игра в дополненной реальности (AR). У членистоногих даже нет мозга в привычном понимании — только скопление нервных окончаний (ганглии). У них отсутствует, например, миндалевидное тело (амигдала) — ключевая структура мозга приматов для социального поведения.

Более того, один и тот же нейромедиатор может оказывать противоположное действие у разных организмов. Низкий уровень серотонина в мозге человека ослабляет связь между амигдалой и лобными долями, что затрудняет контроль эмоциональных реакций на гнев. Это не делает человека склонным смиряться с низким статусом.

Питерсон также заявляет, что антидепрессанты (например, Прозак) действуют на омаров, блокируя обратный захват серотонина. Это правда, потому что молекула серотонина одинакова, а нервные окончания очень похожи. Но препарат не делает омаров "счастливее".

Пластичный мозг

Человеческий мозг чрезвычайно пластичен. Наше поведение и общество влияют на его развитие. Даже количество производимого нами серотонина — продукт множества внутренних и внешних факторов.

Например, явление "угрозы стереотипа" (stereotype threat) — процесс, при котором люди испытывают тревогу из-за навыков, которые, как они воспринимают, ассоциируются с членами другой группы. Такие негативные чувства фактически меняют активность мозга. Исследования показывают, что у людей, воспринимающих себя как имеющих более низкий статус, отличается объем серого вещества в областях мозга, отвечающих за эмоции и реакцию на стресс.

Вера в то, что некоторые люди по своей "природе" являются "лузерами", как омары, может иметь серьезные последствия. Если же мы верим, что все люди уникальны и равны, и у нас есть сила сделать общество справедливее, это тоже изменит наш мозг.

Эволюционная преемственность

Наш последний общий предок с омаром жил 350 млн лет назад и был первым животным, у которого развился кишечник. Это главный орган, который у нас есть общего — не серотонин и уж точно не нервная система.

Омары выжили так долго без изменений, потому что идеально приспособлены к своей неизменной среде. Предки человека покинули океан, развили легкие, голосовые связки и многое другое. Мы исследуем континенты, строим летательные аппараты и даже живем за пределами Земли. Мы стремимся к изменениям и вызовам, а также пытаемся сделать наши общества более справедливыми.

Кроме того, в животном мире множество примеров иерархий, и самый высокий уровень организации наблюдается у насекомых. Если бы мы захотели организовать общество "естественным" образом, как пчелы, где единственная плодовитая самка (матка) откладывает все яйца, а самцы после сезона размножения изгоняются из улья и умирают, согласились бы мы с этим?