Полярные медведи не могут адаптироваться к удлинению лета
Новое исследование показывает, что большее время, проведённое на суше, означает для белых медведей больший риск голодной смерти.
В течение трёх летних недель учёные наблюдали за 20 белыми медведями, которые пытались разными стратегиями сохранить энергетические резервы: отдыхали, искали падаль и корм. Однако почти все они быстро теряли вес — в среднем около 1 кг в день.
Некоторые предполагали, что белые медведи могут адаптироваться к удлинению бесснежного сезона из-за потепления климата, действуя как их родственники-гризли: отдыхая или питаясь наземной пищей. Медведи в этом исследовании пробовали обе стратегии — без особого успеха.
«Ни одна из стратегий не позволит белым медведям существовать на суше дольше определённого времени. Даже те медведи, которые добывали пищу, теряли массу тела с той же скоростью, что и те, которые лежали», — сказал соавтор исследования в журнале Nature Communications Чарльз Роббинс.
«Белые медведи — это не гризли в белых шкурах. Они совершенно другие».
Обычно крупнее гризли, взрослые самцы белых медведей могут достигать 3 м в длину и весить 680 кг, в то время как гризли — 2,4 м и 360 кг. Для поддержания такой массы белые медведи полагаются на богатый энергией жир тюленей, которых лучше всего ловить на льду.
О энергозатратах и поведении белых медведей на суше известно мало, поэтому исследователи использовали ошейники с видеокамерами и GPS для отслеживания медведей, проводящих лето в районе западного Гудзонова залива в Манитобе, Канада. Они хотели увидеть, что едят и чем занимаются эти специализированные охотники на льду в течение удлинённого времени на суше, когда их предпочитаемая добыча — тюлени — недоступна.
Исследователи также взвешивали медведей до и после периода наблюдения и измеряли их энергозатраты.
«Мы обнаружили реальное разнообразие в поведении медведей и, как следствие, увидели широкий диапазон энергозатрат», — сказал ведущий автор Энтони Пагано.
Многие взрослые самцы просто лежали, чтобы сохранить энергию, сжигая калории со скоростью, сравнимой со спячкой. Другие активно искали пищу, поедая туши птиц и карибу, а также ягоды, водоросли и травы.
В целом исследователи обнаружили пятикратный разброс в энергозатратах: от взрослого самца, который отдыхал 98% времени, до самого активного, преодолевшего 330 км. Некоторые взрослые самки тратили до 40% времени на поиск пищи. Однако вся эта активность не окупалась.
«Наземная пища давала им некоторую энергетическую выгоду, но в итоге медведям приходилось тратить больше энергии на доступ к этим ресурсам», — сказал Пагано.
Три медведя совершили долгие заплывы — один проплыл 175 км через залив. Двое нашли в воде туши — белухи и тюленя, — но ни один не смог питаться своей находкой во время плавания или доставить её на сушу.
Только один из 20 медведей набрал вес, наткнувшись на мёртвое морское млекопитающее на суше.
Исследование было сосредоточено на самой южной части ареала белых медведей в западной части Гудзонова залива, где потепление климата, вероятно, влияет на медведей быстрее, чем в других арктических регионах. Популяция белых медведей в этом районе уже сократилась, по оценкам, на 30% с 1987 года. Это исследование показывает, что белые медведи по всей Арктике подвержены риску голодной смерти по мере увеличения продолжительности периода без льда.
«Когда белых медведей вынуждают выходить на сушу раньше, это сокращает период, в течение которого они обычно приобретают большую часть необходимой для выживания энергии», — сказал Пагано. — «С увеличением времени на суше можно ожидать, что мы, вероятно, увидим рост случаев голодной смерти, особенно среди подростков и самок с детёнышами».