Патенты помогают понять тенденции торговли дикими видами

Исследователи из Оксфордской программы Мартина по торговле дикой природой (Oxford Martin Program on Wildlife Trade) Оксфордского университета показали, что патентные данные могут стать новым источником информации для выявления будущих коммерческих тенденций, связанных с чрезмерной эксплуатацией дикой природы.

Исследование «Раннее предупреждение о тенденциях в коммерческой торговле дикой природой с помощью нового машинного анализа патентных заявок» опубликовано в Nature Communications.

Если компании продолжают подавать патенты на продукты из животных, запрещённых к коммерческой торговле (например, носорогов), это может указывать на их веру в возможное возобновление этих рынков в будущем. Патенты на альтернативы продукции из дикой природы, такие как фермерские или синтетические продукты из панголина, также могут свидетельствовать о сдвиге от торговли дикими особями видов.

Используя новый подход машинного обучения, команда проанализировала более 27 000 патентов с 1970 по 2020 год, связанных с шестью торгуемыми организмами, и обнаружила, что их количество увеличивалось в среднем на 130% в год по сравнению с фоновым показателем в 104% для патентов, подаваемых по всему миру.

Также было установлено, что ужесточение регулирования рынков дикой природы не привело к сокращению патентной активности.

Доктор Эми Хинсли, научный сотрудник и содиректор программы, соавтор статьи: «Наши выводы показывают, что торговля дикой природой похожа на любую другую коммерческую торговлю: компании постоянно внедряют инновации для разработки новых продуктов или методов их производства. Мы обнаружили широкий спектр патентов — от новых методов разведения панголинов до новых лекарственных продуктов из рога носорога, и были удивлены, увидев, что патентование продолжалось даже после запрета торговли этими продуктами».

Команда изучила патенты для шести различных групп организмов, активно вовлечённых в торговлю:

• Гриб кордицепс (caterpillar fungus) — используется в традиционной медицине и пище.
• Панголин — чешуя и мясо используются в традиционной медицине и пище соответственно.
• Мечехвост (horseshoe crab) — используется как рыболовная наживка, а его кровь ценна в биомедицине.
• Осётр — разводится для икры и мяса.
• Медведи — желчь используется в традиционной медицине.
• Носороги — рог используется в традиционной медицине.

Исследователи сообщают, что помимо общего роста числа патентных заявок выше среднемирового уровня, темпы патентования для изучаемых организмов резко возрастали в определённые ключевые моменты. Например, наблюдался всплеск патентов на лекарственные продукты из носорога в марте 2008 года, что совпало со значительным ростом браконьерства в том году. Этот рост произошёл, несмотря на внутренний запрет Китая на такие продукты с 1993 года.

Это означает, что патентная активность в целом росла даже после введения нормативных актов, запрещающих или строго регулирующих коммерческую торговлю дикими видами. В случае с рогом носорога все 526 патентов были поданы после международного запрета на коммерческую торговлю дикой продукцией в 1977 году; из них 426 были поданы в Китае после запрета 1993 года. Это позволяет предположить, что компании либо надеются на смягчение правил, либо планируют разрабатывать продукты с использованием незаконно добытого рога.

Также исследователи отмечают, что постоянные инновации привели к диверсификации продуктов, получаемых из дикой природы, например, табачных изделий с рогом носорога или кормов для скота, содержащих чешую панголина.

По мнению учёных, политики могли бы сотрудничать с компаниями и предпринимателями, выявленными по таким патентам, для проактивной разработки мер, поощряющих коммерческие инновации и одновременно способствующих достижению целей устойчивого развития и сохранения биоразнообразия.

Профессор Джосс Райт, старший научный сотрудник Оксфордского института интернета, содиректор программы и соавтор статьи: «Чтобы понять сложность торговли дикой природой и связанные с ней риски для видов, нам необходимо использовать все доступные данные. Наше исследование показывает, что новые вычислительные методы могут помочь нам находить закономерности в больших и сложных наборах данных в самых разных областях — от популяций видов и экологических измерений до поведения человека».