Сохраняя редкие виды, нельзя забывать о самых обычных

Ничто не привлекает внимания так, как редкость. В мире природы её крайнее проявление — последние особи исчезающего вида. Эти редкие растения и животные бесценны, они представляют последнюю надежду на спасение от вымирания.

Некоторые из этих одиноких особей — Судан, последний самец северного белого носорога; Марта, последний странствующий голубь; Джордж, последняя гавайская древесная улитка своего вида — даже могут быть известны по именам. Вымирание наиболее трагично, когда оно персонифицировано.

Усилия по сохранению редких видов принесли огромную пользу. За последние десятилетия удалось остановить сокращение популяций многих исчезающих растений и животных. Десятки уникальных форм жизни были спасены от вымирания. Однако чрезмерная сосредоточенность на редкости может привести к тому, что мы упустим из виду обычные виды.

Обыденность часто ассоциируется с чем-то скучным, заурядным и даже не имеющим ценности. Она порождает самоуспокоенность. Как отмечал писатель Олдос Хаксли, «большинство людей обладает абсолютной и безграничной способностью принимать вещи как должное». Но если мы хотим сохранить природу и её многочисленные блага для человечества, мы должны поддерживать внимание к привычному.

Когда природу принимают как должное

В XIX веке одни из самых выдающихся умов в биологии, Жан Батист де Ламарк и Томас Хаксли, считали вымирание в море невозможным, учитывая репродуктивные способности морских организмов и непрактичность перелова.

В моей родной провинции Онтарио первые поселенцы полагали, что рыба и дикая природа неисчерпаемы. В начале XX века Бюро почв США уверенно заявляло, что «почва — это единственный неразрушимый, неизменный актив, которым обладает нация. Это единственный ресурс, который не может быть исчерпан».

Подобные представления о безграничности природы несут в себе большой риск. Уроки были суровыми, а последствия — экологическими и экономическими. В Северной Америке к ним относятся вымирание странствующего голубя, который когда-то был самой многочисленной птицей в мире; уничтожение популяции северной трески, некогда столь многочисленной, что она замедляла ход кораблей; истребление равнинного бизона, стремительная гибель американского каштана и сокращение численности веймутовой сосны.

Эти виды некогда считались сверхмногочисленными, и их упадок и исчезновение казались немыслимыми.

Численность обычных видов тоже сокращается

Обилие обеспечивает лишь частичную защиту от вымирания. Обычные виды, даже те, чья численность кажется безграничной, не застрахованы от уничтожения. Всё чаще охрана природы обращает свой взгляд в этом направлении — чтобы защитить то, что обычно, а не только то, что редко.

Есть веские причины задуматься об обычном. Многочисленные виды могут служить пресловутой «канарейкой в угольной шахте». Исследование североамериканских птиц показало, что за последние два поколения мы потеряли на этом континенте три миллиарда птиц.

Это сокращение включает виды, когда-то считавшиеся широко распространёнными и безопасными, такие как обыкновенная чечётка (численность сократилась на 29 миллионов), обыкновенный гракл (сокращение на 83 миллиона) и обыкновенный козодой (сокращение на 26 миллионов). Ошеломляющие потери напоминают, что признаком вида, находящегося в беде, является не редкость, а скорость сокращения популяции.

Примечательно, что изменения в численности обычных видов могут привести к значительным изменениям в функционировании экосистем. Птицы, несмотря на свой малый размер, оказывают огромное совокупное влияние, учитывая бесчисленное количество насекомых, которых они поедают, цветы, которые они опыляют, и семена, которые они разносят.

Одно стадо карибу, насчитывающее сотни тысяч особей, ежегодно потребляет миллионы килограммов корма и возвращает питательные вещества в почву в виде миллионов килограммов фекальных гранул.

Ценность обычных видов не только экологическая и экономическая, но и психологическая. Многочисленные исследования демонстрируют, что контакт с миром природы улучшает наше психическое состояние. Потеря привычных видов — будь то птицы на нашем заднем дворе или бабочки у порога — скорее всего, сократит такие возможности для взаимодействия.

Защита от «вымирания обыденности»

Благодаря своей численности обычные виды могут быть силой природы. Однако задолго до окончательного вымирания эти экологические роли могут быть ослаблены.

Редкость всегда будет занимать видное место в охране природы. Но в наших поисках устойчивого и биоразнообразного будущего мы должны избегать «вымирания обыденности». Ингредиенты для успеха под рукой: внимательно следить за природой, не допускать самоуспокоенности и инвестировать в долгосрочной перспективе.

Защита обычных существ, вероятно, принесёт огромную пользу — нашей окружающей среде, нашей экономике и нашей психике.