Опасения по поводу гибридов человека и животных, вероятно, связаны с чувством собственного морального превосходства

Создание первых гибридных эмбрионов человека и свиньи в Институте Солка в Калифорнии, открывающее перспективу выращивания человеческих органов для трансплантации, вызывает у многих людей чувство беспокойства. Именно это неприятное ощущение привело к мораторию на финансирование таких исследований.

Наше неприятие, вероятно, должно основываться на чём-то большем, чем просто лёгкая тошнота. Однако есть несколько устойчивых аспектов в нашем восприятии гибридов человека и животных, которые мешают ясно о них думать.

Это просто неестественно!

Многие люди предпочитают, чтобы вещи оставались «чистыми». Те, кто видит мир через призму внутренних сущностей (например, «свинства», присущего только свиньям, или «человечности», присущей только нам), склонны отвергать подобную «нечистоту».

Однако в биологии не существует такой «сущности» в этом смысле. Мы все состоим из разных комбинаций одного и того же — белков и аминокислот. Даже большая часть нашего генетического плана — гены и ДНК — является общей для разных видов. Например, люди и мыши разделяют около 90% своей ДНК, а с простым круглым червём у нас общих около 35% генов.

Смешение биологии человека и животного воспринимается как неестественное, порождая иррациональные страхи, подобные тем, что были у греков перед химерами: что гибриды могут сбежать из лаборатории и захватить мир.

Но как же мулы?

В целом гибриды могут вызывать неприятную смесь страха и отвращения, но не всегда. Например:

Возможно, смешение биологии наиболее психологически проблематично, когда речь идёт о нашей собственной человеческой ДНК, особенно с ДНК других животных.

Мы — не животные

Одна из причин тревоги по поводу гибридов человека и свиньи — это страх собственной смерти. Возможность того, что свинья вырастит вашу следующую поджелудочную железу, является ярким напоминанием, что люди — тоже животные. Это биологическое напоминание может вызывать экзистенциальную тревогу.

Идея о том, что у людей есть душа, а у животных — нет, даёт нам чувство превосходства, нахождения выше или вне биологического порядка. «Выращивание» человеческих органов в животных может разрушить эту защитную веру, оставляя чувство отвращения и смятения. Гибриды напоминают нам о неизбежном факте нашей смертности.

Но бекон вкусный!

Ещё одна причина беспокойства — смешение категорий. Мы едим свиней, а не людей. Смогли бы вы наслаждаться беконом от свиньи, которая последние полгода «выращивала» вашу печень?

Перспектива свиней-людей также сбивает моральный компас. Биологическое слияние напоминает нам об общих чертах, о которых мы стараемся забыть, наслаждаясь запахом жареного бекона.

Мы склонны поддерживать чёткие границы между животными, которых мы едим, и теми, кого не едим. Это помогает разрешить чувство дискомфорта от использования животных в пищу. Именно смешение этих границ вызвало возмущение во время скандала с кониной в 2013 году: лошадей воспринимают как питомцев, а не как еду.

Если смешение питомцев и животных для еды вызывает недовольство, то смешение этих же животных-«еды» с нашим собственным видом наверняка вызовет моральное и вкусовое замешательство.

Кроме того, это ставит под вопрос: мы берём органы у животного или у некоей субчеловеческой сущности? Забор органов у людей вызывает образы дистопического будущего.

В конечном счёте, наше неприятие выращивания следующего сердца в груди свиньи больше связано с экзистенциальной тревогой и нарушением морального порядка. Наш личный страх перед этим научным прогрессом — тошнота, которую мы чувствуем в глубине души — может быть в большей степени связан с тем, как он подрывает наше восприятие человеческой уникальности и наше чувство морального превосходства, чем с более широкими опасениями по поводу гибридов как таковых.