Возвращение азиатского оленя — редкий успех природоохранных усилий Китая
Восстановление популяции оленя Давида с грани исчезновения стало редким успехом для природоохранных усилий Китая, которые часто критикуют за фокус лишь на нескольких видах-символах.
К концу XIX века олени Давида почти исчезли из-за охоты и потери среды обитания — водно-болотных угодий. Однако после необычной истории выживания, включавшей контрабанду в Европу и спасение от бомбардировок во время войны, их популяция выросла до нескольких тысяч.
Это возвращение — «замечательная история невероятной удачи и самоотверженности небольшой группы защитников природы в Китае и за рубежом», — заявил Чжоу Цзиньфэн, чья НПО помогла вернуть животных из Европы.
Новость об успехе приходит в момент, когда Пекин стремится играть более заметную роль в международной природоохранной деятельности. На этой неделе Китай принимает ключевой саммит ООН по сохранению биоразнообразия. На его открытии президент Си Цзиньпин пообещал выделить 233 миллиона долларов в новый фонд для «поддержки дела сохранения биоразнообразия в развивающихся странах».
Однако, по мнению экспертов, такие истории, как у оленя Давида, остаются редкостью. Десятилетия стремительного роста нанесли тяжелый урон биоразнообразию Китая. Хотя страна достигла значительных успехов в защите своих самых известных видов, таких как большие панды и слоны, критики утверждают, что с охраной многих других животных ситуация обстоит гораздо хуже.
По данным Всемирного фонда дикой природы (WWF), с 1970 по 2010 год исчезло почти половина наземных позвоночных Китая. Согласно Международному союзу охраны природы (IUCN), в стране сейчас более тысячи видов находятся на грани исчезновения из-за застройки их мест обитания.
Несмотря на то, что почти пятая часть страны объявлена охраняемыми территориями, незаконная добыча полезных ископаемых и вырубка лесов фрагментируют заповедники, оставляя редких животных в изолированных «лесных островах» без возможности искать пищу или партнеров. Климатический рекорд Китая — это крупнейший в мире источник выбросов парниковых газов, а экономика по-прежнему в значительной степени зависит от угля — также оказывает дополнительное давление на популяции животных.
«Китай — их дом»
Олени названы в честь французского миссионера и зоолога Армана Давида, который обнаружил то, что считалось единственным стадом этих животных в императорском охотничьем угодье в Пекине. В 1895 году наводнение почти уничтожило их, а пять лет спустя угодья заняли немецкие войска, которые застрелили и съели оставшихся оленей, что привело к их исчезновению в Китае.
Однако некоторых животных уже контрабандой вывезли в Европу. Несколько особей купил у Берлинского зоопарка британский политик Хербранд Рассел. Он разводил их в своем поместье, хотя был вынужден несколько раз перевозить стадо во время Второй мировой войны, чтобы защитить от бомбардировок. Все ныне живущие олени Давида происходят от этого стада, сообщает WWF.
Только в 1985 году олени вернулись в Китай, когда 22 особи были возвращены в качестве жеста доброй воли во время переговоров о передаче Гонконга Пекину. Сегодня они снова живут в императорском охотничьем угодье к югу от столицы, где около 200 животных резвятся в грязи у озера на полувольном содержании.
Согласно официальным данным, их популяция в неволе сейчас составляет около 8000 особей, хотя эксперты предупреждают о будущих рисках. Популяция страдает от недостатка генетического разнообразия, что делает ее более уязвимой к болезням, сокращает продолжительность жизни и увеличивает количество выкидышей, заявили Бай Цзядэ и группа других защитников природы в письме, опубликованном в журнале Science в этом году.
«Более того, на национальном уровне не существует генерального плана по сохранению оленя Давида», — сказал Бай, директор Пекинского центра экологических исследований оленя Давида.
Но Чжоу настроен оптимистично. Небольшие группы оленей теперь выпускают обратно в дикую природу, и их все чаще замечают по всей стране. «Еда, климат и окружающая среда — все им подходит, — сказал Чжоу. — Китай — их дом».