Эпический снежный покров меняет ритмы жизни многих видов в хребте Сьерра-Невада

Великое таяние наконец началось в хребте Сьерра-Невада. Скоро останется мало диких мест, куда не долетают звуки воды: капель, журчания и рёва талых вод, стекающих с высоких пиков на равнины внизу.

Однако резкий переход от экстремальной засухи к рекордному снежному покрову имеет очень разные последствия для различных видов.

«В вечно меняющемся приливе и отливе воды в Калифорнии нет ни одного года, который был бы отличным для всех видов, — сказал Джошуа Вирс, профессор UC Merced, специализирующийся на гидрологии Сьерра-Невады. — Но в такой исключительный по всем меркам год, как этот, мы наблюдаем перезагрузку динамики всей экологической картины — от секвой до пустыни».

Конкурирующие интересы уже проявляются: от затопленных мест размножения водоплавающих птиц в Центральной Калифорнии до заснеженных лугов у границы Калифорнии и Невады, где изолированная, генетически уникальная популяция двухштатных шалфейных тетеревов может отказаться от брачных игр, потому что им негде спрятаться от хищников.

«То, что было только в учебниках истории, теперь происходит на наших глазах, — сказал Вирс. — Растущая проблема для управляющих экосистемами и водными ресурсами по всему штату заключается в том, что отныне мы можем ожидать увеличения периодов продолжительной засухи, перемежающихся выраженной влажностью».

Согласен с этим и Райан Бёрнетт, руководитель группы по Сьерра-Неваде некоммерческой организации Point Blue Conservation Science. «Это сложная ситуация как для дикой природы, так и для её управляющих», — сказал он.

«Например, охраняемые перелётные птицы продолжат движение на север по Тихоокеанскому пролётному пути, потому что они не получили уведомления о 30 футах снега на их стоянках в Сьеррах, — пояснил он. — Но птицы, эндемичные для американского Запада, которые гнездятся близко к земле на больших высотах, например, белобровые зонотрихии, просто не размножаются в такие снежные годы, как этот».

Учёные ожидают, что местные популяции медведей, оленей, рысей и других обычных млекопитающих на западных и восточных склонах Сьерра-Невады будут процветать. Так же как и популяции амфибий и местных рыб, цепляющихся за существование в ручьях, которые превратились в небольшие пруды, но скоро снова наполнятся водой и насекомыми.

Биолог Калифорнийской ассоциации водоплавающих птиц Джейсон Кослович отметил, что для уток, таких как кряквы и серые утки, ситуация выглядит лучше, чем за последние три года — период самой сильной засухи за 1200 лет.

«Хотя я не могу гарантировать, что Центральная Калифордия будет напоминать съезд водоплавающих птиц после того, как весь снег растает и стечёт вниз, — сказал он, — больше поверхностной воды означает, что больше крякв и серых уток останутся здесь для размножения — так что ждите больше уток в следующем году».

Обычно кряквам требуется около шести месяцев, чтобы образовать пару, построить гнездо, отложить кладку из 9–12 яиц и начать выращивать птенцов.

«Год назад местная популяция крякв сократилась на 25% из-за засухи, — сказал Кослович. — Многие из наших уток решили поискать лучшие места для гнездования в Орегоне и северном Айдахо».

В этом году эти птицы завершат свой жизненный цикл в реках и озёрах Центральной Калифорнии, переполненных талой водой, а также на обширных затопленных полях рисоводов, которые снова получают 100% своих государственных водных квот.

Биологи Калифорнийского департамента рыб и дикой природы в настоящее время проводят аэрофотосъёмку растущих популяций водоплавающих птиц по всему штату. Ожидается, что результаты станут доступны позже в этом году.

Отдельно хорошие новости есть для более чем 40 000 калифорнийских чаек, гнездящихся на островах в озере Моно к востоку от национального парка Йосемити: они будут менее уязвимы для койотов и других хищников, поскольку ожидается, что тающий снег поднимет уровень озера на несколько футов к концу года.

Однако потенциальная плохая новость заключается в том, что приток воды может вызвать стратификацию водной толщи озера на более тёплый, лёгкий верхний слой и более холодный нижний, что ограничит продуктивность солоноводных мух и креветок, которыми питаются перелётные птицы.

«После сильных дождей и наводнений в 1983 году озеро разделилось на жёсткие слои, — сказал Бёрнетт, — на разрушение которых ушло несколько лет».

Более насущной проблемой является судьба сокращающейся популяции двухштатного шалфейного тетерева — одной из самых оспариваемых в судах птиц Америки. Их осталось всего около 3300 — гораздо меньше, чем 5000, необходимых, по мнению биологов, для поддержания популяции.

Служба охраны рыбных ресурсов и диких животных США в четверг одобрила возобновление рассмотрения вопроса о включении двухштатного шалфейного тетерева в список исчезающих или находящихся под угрозой исчезновения видов.

Птиц предлагалось включить в список в 2013 году, но федеральные власти отказались от этого предложения двумя годами позже. В 2018 году федеральный судья приказал агентству переоценить ситуацию с этим видом. Однако два года спустя администрация Трампа отозвала это предложение.

«Объявление службы — шаг в правильном направлении», — сказала биолог Центра биологического разнообразия Илин Андерсон.

«У двухштатного шалфейного тетерева тяжёлый год из-за рекордного снега в местах его обитания, — добавила она. — Я беспокоюсь, что эти прекрасные танцующие птицы, возможно, не смогут докопаться до полыни, своего основного источника пищи».

Всего пять месяцев назад биологи пытались определить, сколько воды необходимо для выживания этих птиц в эпоху меньшего снежного покрова, более коротких сезонов дождей и продолжительных засух.

Теперь они опасаются, что редкие птицы стали необычно лёгкой добычей для голодных беркутов и койотов, потому что их места размножения всё ещё покрыты ярко-белыми сугробами.

«В обычные годы шалфейные тетерева используют свою окраску, чтобы прятаться в полыни и высокой траве, — сказал Бёрнетт. — Но куда им деться, когда их места размножения покрыты белым снегом?»

«Я не знаю ответа на этот вопрос, — признался он. — Думаю, никто не знает».