Перелов в проливе Ла-Манш заставляет рыбаков «скрести по сусекам»

Десятилетия перелова в проливе Ла-Манш привели к исчезновению многих высших хищников и вынудили рыбаков компенсировать уловы всё большими объёмами моллюсков.

Популяции акул, скатов, трески, пикши и многих других видов на вершине пищевой цепи находятся на исторических минимумах, а многие полностью исчезли из региона.

Таковы выводы исследования морских биологов из Плимутского университета совместно с международной некоммерческой исследовательской организацией WorldFish. Проанализировав данные об уловах за последние 90 лет, учёные обнаружили значительные свидетельства практики «промысла вниз по пищевой сети».

В отчёте, опубликованном в журнале PLOS ONE, использовалась статистика уловов Международного совета по исследованию моря для расчёта «среднего трофического уровня» уловов — среднего показателя положения рыбы в пищевой цепи.

Профессор Джейсон Холл-Спенсер сказал: «Наши анализы ясно показывают, что давление промысла вызвало значительные изменения в пищевых сетях пролива Ла-Манш за последние 90 лет. Средний трофический уровень уловов в проливе снижался на 0,1 единицы за десятилетие — это одна из самых высоких скоростей среди других интенсивно эксплуатируемых регионов мира, что служит ещё одним доказательством того, что "промысел вниз по пищевой сети" является общемировым феноменом».

Сегодня Великобритания и Франция вылавливают около 150 000 тонн донной рыбы и моллюсков в год с площади 75 000 км² пролива — огромный рост по сравнению с 9 000 тоннами в 1920 году и 51 000 тоннами в 1950 году. За это время состав уловов кардинально изменился: доля акул и скатов упала с 34% в 1920 году до 6% в 2010 году. Вклад «трески, пикши и хека» аналогично сократился с 48% до всего 4% за тот же период.

Катран, суповая акула, скат-хвостокол, атлантическая треска, морская щука и европейский хек показали наиболее резкое снижение, в то время как численность камбал, палтусов и морских языков изменилась относительно мало.

Снижение объёмов костистой рыбы было сбалансировано увеличением уловов моллюсков, таких как гребешки, а также кальмаров, осьминогов и каракатиц. Это, в свою очередь, вызывает обеспокоенность в отношении долгосрочной устойчивости и потенциального ущерба морской среде в результате дноуглубительных работ и траления для добычи этих беспозвоночных.

Исследователь Карлотта Мольфесе сказала: «Рыболовство, как правило, сначала удаляет высших хищников, в результате чего их прямые конкуренты и жертвы получают возможность процветать, что влияет на общую продуктивность и экологическую стабильность экосистемы. Серьёзное сокращение популяций основных видов хищников теперь наблюдается по всему миру».

Даг Беар из WorldFish добавил: «Исследования WorldFish показали, что за сокращением видов костистых рыб последовал рост численности их беспозвоночной добычи, и хотя для этих новых целевых видов были созданы новые и экономически жизнеспособные промыслы, возникли опасения по поводу их долгосрочной устойчивости».

Исследователи отмечают, что перелов — далеко не современный феномен, его можно проследить вплоть до XIX века, о сокращении запасов сообщалось ещё в 1863 году. Однако географическая экспансия на новые промысловые районы и улучшение технологий в совокупности поддерживали рост уловов.

Профессор Холл-Спенсер добавил: «По всей Великобритании мы скребём по сусекам, разрушительно драгируя морское дно в поисках гребешков и креветок, поскольку рыба исчезла. Когда деструктивные методы рыболовства запрещаются, морская жизнь быстро восстанавливается. Поэтому нам срочно нужна сеть зон восстановления в проливе Ла-Манш, чтобы позволить морской жизни восстановиться».