'Король Охридского озера': борьба за спасение балканской форели
На живописных берегах Охридского озера в албанском Поградеце в инкубационном цехе Lin Hatchery царит лихорадочная активность. Специалисты спешат выпустить последнюю в этом сезоне партию только что выведенной молоди форели.
Цех специализируется на разведении «охридской форели» — аборигенного вида древнего озера, популяция которого годами сокращается из-за разрушения среды обитания, перелова и сильного загрязнения.
Албания и Северная Македония, граничащие с озером, подписали соглашения о спасении форели. Рост туризма в регионе привёл к масштабной застройке береговой линии.
Известная как «коран» в Албании и «охридска пастрмка» в Северной Македонии, эта форель долгое время была визитной карточкой кристально чистых вод озера.
«Неважно, как её называют албанцы или македонцы, — говорит рыбак Артан Мале. — Все согласны: этой рыбе, которой не нужен ни паспорт, ни удостоверение личности для пересечения границ, присвоено звание Короля Охридского озера, одного из старейших в мире».
'Любая ошибка может быть фатальной'
Для поддержания популяции государственные и частные организации Албании увеличили работу на рыбных хозяйствах, чтобы произвести в этом году 1,7 миллиона мальков.
«За всем нужно следить. Нужно соблюдать графики и сроки. Любая ошибка может быть фатальной и привести к гибели мальков», — говорит Копи Бичи, работник инкубационного цеха.
Работа по восстановлению популяции вдоль албанского побережья озера ведётся круглый год. С 1 декабря до начала марта рыбалка в Охридском озере запрещена, чтобы не нарушать цикл размножения форели.
В этот период около 60 специально обученных рыбаков имеют право закидывать сети, чтобы собрать икру самок и молоки самцов.
«Смешанные с пресной водой, они оплодотворяют икру», — объясняет Мартин Яце, курирующий Ассоциацию рыбаков Албании.
Оплодотворённая икра инкубируется, затем вылупляются личинки, которых тщательно выращивают до стадии малька. Шесть месяцев они живут в пресной воде прудов инкубационного центра, после чего их выпускают обратно в озеро.
Путь от икринки до молодой форели — деликатный процесс, каждый этап которого тщательно контролируется, включая уровень кислорода, потребление пищи и температуру воды.
Но гибель молоди всё ещё остаётся риском. В этом году для производства 1,7 миллиона мальков рыбоводам и рыбакам пришлось собрать 200 килограммов икры, чтобы получить всего 3000 килограммов взрослой рыбы.
'Наши дети'
Чтобы вернуть молодь в озеро, сотрудники инкубационного цеха, несмотря на штормовую погоду и ливни, выпускают мальков.
«Это наши дети, и они должны быть в хорошем физиологическом состоянии, чтобы выдержать новую жизнь в озере», — говорит Йован Бале, зачерпывая молодь из пруда цеха. Рыбу помещают в пластиковые контейнеры с водой.
Затем контейнеры перевозят к берегу озера, грузят на лодку и выпускают рыбу на глубине.
Во время транспортировки дорога каждая минута — контейнеры плотно набиты молодью, что означает нехватку кислорода для мальков.
«Это гонка со временем, рыбу нужно выпускать очень быстро. Любая задержка будет фатальной. Если вода нагреется и им будет не хватать кислорода, они погибнут», — говорит Яце, добавляя, что прохладные воды октября и ноября оптимальны для выпуска молоди.
Однако любые усилия по сохранению популяции форели, вероятно, будут тщетны, если не решить основные проблемы, угрожающие рыбе и другим 145 эндемичным видам озера.
«Если мы не хотим навсегда потерять охридскую форель, нам нужно объединить силы», — говорит Блерина Туршина, шеф-повар ресторана в Тушемиште на албанской стороне озера.
Форель остаётся кулинарным деликатесом в регионе и привлекает туристов со всей Юго-Восточной Европы, желающих попробовать эту вкусную рыбу с красными пятнами. Долгое время ходили слухи, что она была любимым блюдом покойной королевы Елизаветы II.
«Жареная на гриле или запечённая, с луком, специями и орехами или с белым лимонным соусом, [форель] — король блюд», — говорит Туршина.
В регионе, где национализм часто тлеет подспудно, споры об истинном происхождении рыбы — известная тема для разговоров. Туршина и другие лишь отмахиваются от них со смехом.
«Это неважно, — говорит Туршина. — Это охридская форель».