Редкий попугай, считавшийся вымершим, был вновь обнаружен 100 лет назад. Его история — трагедия, которую нельзя повторить
Ровно 100 лет назад, 11 декабря 1921 года, скотовод Сирил Джеррард из Гайндаха в Квинсленде вновь обнаружил великолепного райского попугая, который считался вымершим.
Однако его возвращение было недолгим. Отдельные пары птиц видели в окрестностях Гайндаха до 1929 года и около Джин Джин в 1930-х годах. После этого остались лишь слухи и надежды.
Сегодня райскому попугаю присвоен трагический статус вымершего вида. Это единственный вид птиц материковой Австралии, исчезнувший после колонизации.
В столетнюю годовщину его повторного открытия стоит вспомнить это событие и понять, почему возрождение вида было таким кратким. Это может дать ключи к спасению многих видов, находящихся сегодня под угрозой исчезновения.
Наша «жадность и бездумность»
В 1924 году Джеррард назвал причины сокращения численности попугая: «Несомненно, мы ответственны за трагедию этой птицы — прямо из-за нашей жадности и бездумности и косвенно из-за нашего нарушения баланса, так тщательно поддерживаемого природой».
Будучи скотоводом, он признал, что «самое роковое изменение» принесла именно пастбищная индустрия.
Его соратник, журналист и орнитолог Алек Чизолм, также назвал основными факторами исчезновения пастбищное хозяйство (особенно выжигание травы), отлов для торговли и одичавших кошек.
Чизолм широко освещал бедственное положение попугая в прессе, но его призывы не смогли противостоять общественным настроениям, ставившим экономическую выгоду выше потери вида. Кроме того, в 1920-1930-х годах у орнитологов был крайне ограниченный набор стратегий для спасения исчезающих видов.
Уроки для золотоплечего попугая
Сегодня ситуация изменилась. У нас есть комплексные научные исследования рисков и широкий спектр мер по сохранению видов. Пример — близкий родственник райского попугая, золотоплечий попугай с полуострова Кейп-Йорк, имеющий статус находящегося под угрозой исчезновения (по классификации Международного союза охраны природы, IUCN).
На его территории скотоводы Сью и Том Шепард, как и Джеррард 100 лет назад, стремятся сохранить попугаев. Но в отличие от него, они имеют научную поддержку.
Исследования с 1990-х годов до наших дней тщательно изучили потребности вида, сделав особый акцент на управлении пожарами. Птицы питаются семенами определённых трав, для процветания которых нужен особый режим контролируемых выжиганий. Доступность семян влияет на успех размножения. Огонь также поддерживает среду обитания — травянистые редколесья — и сокращает укрытия для хищников.
Чизолм в 1920-х догадывался о роли огня в исчезновении райского попугая, но его понимание было поверхностным. Сегодня же существуют точные расчёты типа и интенсивности пожаров, необходимых для успешного размножения золотоплечего попугая и снижения потерь от хищников.
Традиционные владельцы земель, народы Тайпан и Олкола, сотрудничают со скотоводами и экологами, объединяя традиционные знания с западной наукой для восстановления полезного для попугая режима пожаров.
Приоритет — благополучию птиц
Хотя сегодня мы лучше подготовлены к спасению видов, чем век назад, это не повод для самоуспокоенности. Драйверы вымирания, названные Джеррардом — «жадность и бездумность» — остаются стойкими.
Чтобы золотоплечий и другие исчезающие виды не повторили путь райского попугая, нужны научные стратегии. Но нужно и большее. Иногда необходимо поставить благополучие птиц выше алчности.
Для этого нужно эмоционально и этически соединиться с птицами вокруг нас. Они должны иметь для нас значение не как абстракция, а как существа, обладающие внутренней ценностью.
Именно к этому призывал Чизолм в своей книге 1922 года Mateship with Birds, заключительная глава которой называлась «Трагедия райского попугая». Он и Джеррард не имели инструментов для предотвращения трагедии, но понимали нашу моральную ответственность за попытку это сделать. Теперь у нас есть инструменты, но наш моральный компас остаётся таким же непостоянным.