История орангутанов в человеческой культуре

Сходство орангутанов с людьми и аргументы в пользу предоставления приматам особой формы прав человека стали темой презентации в Австралийском национальном университете (ANU).

Профессор Роберт Крибб, соавтор книги «Дикий человек с Борнео: культурная история орангутана», проследил увлечение людей человекообразными чертами орангутанов с момента их первого прибытия в Европу 400 лет назад.

Первые орангутаны, попавшие на Запад, были детёнышами, отнятыми у матерей и сумевшими пережить долгое путешествие в Европу. Они были маленькими, пушистыми и милыми, и люди смотрели на них как на забавных, хотя и необычно волосатых, детей.

Людей завораживало, как они соглашались носить одежду, как заправляли постель. Они наблюдали, как люди едят за столом, а затем имитировали человеческое поведение, используя столовые приборы.

Эти наблюдения привели к конфликту взглядов на то, насколько орангутаны близки к людям. Учёные того времени утверждали, что, хотя они могут демонстрировать человеческое поведение, их анатомия сильно отличалась, и это было определяющим фактором.

Этой точке зрения противостояли философы XVIII века, в частности влиятельный французский мыслитель Жан-Жак Руссо, который утверждал, что при определённых обстоятельствах орангутанов можно интегрировать в человеческое общество.

Чарльз Дарвин позже предположил, что у людей и человекообразных обезьян был относительно недавний общий предок. Это было усилено в конце XIX века ростом психологических исследований и идеей о том, что человеческую идентичность определяет интеллект.

Учёные начали проводить тесты на интеллект как на людях, так и на человекообразных обезьянах. В первых экспериментах выяснилось, что шимпанзе справляются с тестами намного лучше, поэтому они стали считаться самыми умными из обезьян и, следовательно, наиболее близкими к людям в эволюционном плане.

В XX веке стало ясно, что орангутанам наскучивали простые тесты, в которых преуспевали шимпанзе, например, складывание коробок, чтобы достать банан. Когда же им предлагали более сложные задачи, орангутаны стремительно обгоняли шимпанзе.

Дальнейшие исследования показали, что орангутаны способны изучать язык и общаться с помощью жестов, и даже придумывать собственные новые слова.

Это привело многих исследователей, включая профессора Крибба, к убеждению, что орангутаны — самые умные из приматов, хотя у шимпанзе также есть свои сторонники.

Есть немало примеров того, как орангутаны демонстрируют так называемый макиавеллиевский интеллект — пытаются проникнуть в разум человека и манипулировать им. Известны случаи проявления ими сострадания, например, видео, где орангутан спасает утёнка, попавшего в беду. Это нечто особенное.

По словам профессора Крибба, человекообразные обезьяны считаются достаточно близкими к людям, и сейчас существует сильное движение за предоставление им ограниченных прав человека — идея, которая, по его мнению, имеет достоинства.

Это включало бы право не быть порабощённым или заключённым, то есть не использоваться в цирках, зоопарках и в медицинских экспериментах. Профессор считает, что это была бы хорошая идея.