Половой диморфизм в маскировке у нового рода богомолов из Латинской Америки

Взрослые самки и самцы вновь идентифицированного рода богомолов из Латинской Америки эволюционировали в сторону резко различных стратегий камуфляжа. К такому выводу пришло исследование под руководством Кливлендского музея естественной истории, опубликованное в журнале ZooKeys.

Взрослые самцы нового рода сохраняют короткое, похожее на палочку телосложение и коричневую окраску, которые они использовали на стадии нимфы. Взрослые самки, чьи тела становятся значительно крупнее для максимизации производства яиц, трансформируют свою внешность, имитируя лист. Они меняют цвет на зелёный, а их передние крылья становятся больше и более округлыми по сравнению с мужскими, с жилкованием, имитирующим структуру листа.

Хотя взрослые самки достигают почти двух дюймов (около 5 см) в длину, представители этого нового рода богомолов долгое время ускользали от научного признания, отчасти потому, что разница в тактиках камуфляжа затрудняла классификацию.

Эта хитрость вдохновила название для нового вида богомолов: Hondurantemna chespiritoi. Название рода (Hondurantemna) происходит от Гондураса, где была найдена первая самка, в сочетании с Antemna — неотропическим родом богомолов, к которому новая линия тесно связана.

Видовое название chespiritoi — отсылка к покойному мексиканскому комику Роберто Гомесу Боланьосу, известному как Чеспирито (Маленький Шекспир). Один из телевизионных персонажей Боланьоса, неуклюжий супергерой по имени Красная Саранча, любил говорить «¡No contaban con mi astucia!» («Они не рассчитывали на мою хитрость!»), побеждая злодеев.

Взрослые самки и самцы этого вида находились в отдельных музейных коллекциях в Париже (Франция) и Сан-Франциско (Калифорния), но оставались неопознанными, а их родственная связь — непризнанной более двух десятилетий из-за несхожей внешности.

Энтомолог Хулио Ривера, Ph.D., обнаружил крупную зелёную самку в Национальном музее естественной истории в Париже и обратил на неё внимание куратора отделения беспозвоночных Кливлендского музея естественной истории Гэвина Свенсона, Ph.D., международного эксперта по богомолам. Позже доктор Свенсон увидел маленького коричневого самца в Калифорнийской академии наук и отметил, что у двух насекомых, несмотря на разницу в цвете и размере, есть черты тела, указывающие на возможную принадлежность к одному подсемейству Antemninae.

Однако адаптация к сходным условиям среды может приводить к развитию сходных черт у неродственных организмов. Это явление, называемое конвергентной эволюцией, осложняет процесс выявления связей на генеалогическом древе богомолов.

Доктор Свенсон возглавляет исследовательский проект по более точной переклассификации обширного древа богомолов с использованием ДНК-тестирования и данных о форме и особенностях тела насекомых — их морфологии. Он объединил многие крупные коллекции богомолов страны в Кливлендском музее, создав тем самым крупнейшее в Западном полушарии собрание этих насекомых для помощи в этой работе.

Последние части пазла, позволившие идентифицировать новую линию богомолов, прибыли случайно. Нил Рейд, Ph.D., преподаватель Университета Квинс в Белфасте (Северная Ирландия), связался с доктором Свенсоном, предложив изучить группу неизвестных богомолов, собранных им в гондурасском облачном лесу.

Предоставленные доктором Рейдом образцы включали двух взрослых самок, а также нимф обоих полов на разных стадиях развития. Взрослые самки выглядели так же, как самка из парижского музея. Нимфы самцов были очень похожи на взрослого самца из Сан-Франциско. Наличие нимф позволило исследователям увидеть раздельные стратегии камуфляжа, которые самцы и самки богомолов принимают по мере взросления.

Хенрик Родригес провёл ДНК-тесты, которые подтвердили, что все богомолы представляют один и тот же ранее не признанный род и вид. Анализ также показал положение этой новой группы (таксона) на сложном древе богомолов: она принадлежит к подсемейству Antemninae.

«Признание H. chespiritoi показывает важную роль генетики в классификации родственных связей насекомых. Это также подчёркивает ценность музейных коллекций», — говорит доктор Свенсон.