Южная Норвегия была более генетически изолирована, чем считалось ранее

В южных регионах Норвегии обнаружена меньшая генетическая изменчивость, чем в остальной части страны. Согласно новому генетическому исследованию, первому в своём роде в Норвегии, в областях Ругаланн, Агдер и Телемарк за последние пару сотен лет наблюдалась удивительно низкая миграция.

Исследование основано на анализе генетического материала 6369 человек со всей Норвегии. Анализ выполнили Мортен Маттингсдал из Университета Агдера (UiA) и Эйвинд Ховиг из Университета Осло с коллегами.

Они изучили биобанк, который Пал Мёллер собирал в Радиумгоспитале в течение 40 лет. Исследователи изучили популяционную структуру норвежцев, или, проще говоря, то, кто с кем имел детей на протяжении последних нескольких столетий.

«Мы не ожидали обнаружить, что Ругаланн, Агдер и Телемарк настолько изолированы в генетическом плане. Здесь была небольшая миграция из других частей Норвегии, и люди, жившие здесь, находили партнёров в том же регионе», — говорит Маттингсдал.

Статья «Генетическая структура Норвегии» опубликована в European Journal of Human Genetics. Исследование финансировалось Норвежским обществом борьбы с раком, Региональным управлением здравоохранения Юго-Восточной Норвегии, Исследовательским советом и Университетом Осло.

Бедные и изолированные регионы

Известно, что география влияет на то, кто с кем имеет детей. Формы рельефа, такие как горы и моря, являются естественными барьерами, влияющими на места встреч людей. Это влияет на поток генов между популяциями у многих видов, включая человека.

«Мы исходили из того, что в Норвегии много гор и фьордов, и ожидали, что это повлияет на генетическую структуру населения», — говорит Маттингсдал.

Исследователи ожидали, что выделятся саамское население и иммигрантские меньшинства, такие как квены из Финляндии, поскольку у них есть генетическое происхождение с востока. Чего они не ожидали, так это того, что фюльке (округа) южной Норвегии будут выделяться так сильно.

Маттингсдал предполагает, что отсутствие глубоких фьордов вдоль побережья между Ставангером и Осло сделало южную Норвегию, особенно внутренние районы, более изолированными. Другое объяснение генетической изоляции может заключаться в том, что этот регион был относительно бедной частью Норвегии последние пару сотен лет.

«Особенно внутренние районы Агдера, Телемарка и южнее Ставангера не были привлекательными местами для переезда, если у вас не было работы в начале 20 века», — говорит Маттингсдал.

Братская нация

Другое открытие исследования показывает, что у норвежцев гораздо больше родства со Швецией, чем с Данией.

«Мы давно знаем, что море является барьером для встреч людей и рождения детей. Можно было бы предположить, что это не относится к такой морской нации, как Норвегия, но у норвежцев удивительно мало родства с датчанами», — говорит Маттингсдал.

С другой стороны, фюльке Хедмарк и Трёнделаг демонстрируют тесное родство с соседними округами в Швеции.

«Емтланд, который Норвегия потеряла в пользу Швеции в 17 веке, также демонстрирует тесное родство с фюльке Трёнделага. Возможно, это неудивительно, но интересно, что исторические события оставили генетический отпечаток», — говорит Маттингсдал.

Ценность для исследований рака

Биобанк, на котором основано исследование, был создан для изучения того, существуют ли генетические варианты, предрасполагающие к раку. Одной из основных целей было получение новых знаний о генетической структуре населения. Это облегчит выявление уязвимостей и генетических вариантов, предрасполагающих к раку в популяции.

В будущем исследователи планируют изучить новые мутации и редкие варианты и посмотреть, есть ли в каких-либо районах Норвегии накопление патогенных мутаций.

«Помимо медицинского аспекта, тенденции в структуре населения представляют исторический интерес. Эти тенденции и эти генетические структуры в популяции исчезают по мере того, как мы становимся более мобильными», — говорит Маттингсдал.