Эбола отступает — шимпанзе в Сьерра-Леоне могут вздохнуть спокойнее
Тридцатилетний шимпанзе Том сидит в тени, выбирая блох у соседа, не подозревая, насколько близко его дом был к тому, чтобы исчезнуть из-за вируса Эбола.
Том — один из примерно 5500 шимпанзе в Сьерра-Леоне, для которых лихорадка Эбола представляет смертельную угрозу, как и для людей.
Его тропический заповедник Tacugama Chimpanzee Sanctuary в холмах близ столицы Фритауна был вынужден закрыться в августе прошлого года, когда вирус охватил человеческую популяцию, убив тысячи людей.
Деньги заканчивались, за 85 обитателями заповедника, включая Тома, ухаживал лишь минимальный персонал. Закрытие начинало выглядеть постоянным.
«Мы все беспокоились о том, как сложится наша жизнь, если заповедник не откроют снова», — сказал сотрудник Абдул Корома.
В январе ситуация изменилась: еженедельное число заражений упало сначала до двузначных, а затем и до однозначных цифр. Сьерра-Леоне смогла отменить комендантский час, снять ограничения на поездки, открыть границы и снова принимать туристов.
«Мы получили много запросов от любителей дикой природы... и, учитывая падение числа случаев Эболы в последние недели, решили открыться», — заявил программный директор заповедника Бала Амарасекаран.
Заповедник и его история
Центр площадью 100 акров (40 гектаров) был основан в 1995 году для спасения шимпанзе, чьи семьи были уничтожены браконьерами, торговцами живым товаром или разрушением среды обитания во время гражданской войны, бушевавшей до 2001 года.
После вспышки Эболы в заповедник перестали принимать новых шимпанзе из-за риска занести болезнь, что было бы катастрофой для обитателей. По оценкам Института Джейн Гудолл, с момента первого появления Эболы в 1970-х годах вирус убил около трети мировой популяции шимпанзе.
Заповедник, терявший почти треть своего дохода, наконец открылся на прошлой неделе. Среди его обитателей — Том, которого в детстве держали как домашнее животное, а в 2014 году успешно реабилитировали и социализировали с другими шимпанзе.
Герои, трагедии и загадки
За 20 лет истории заповедника были и драматические эпизоды. Самый печально известный резидент — шимпанзе Бруно, описанный как «харизматичный, невероятно внушительный и физически самый сильный шимпанзе, которого мы когда-либо видели».
В 2006 году Бруно и 31 другой шимпанзе сбежали, напали на группу туристов из США и, по свидетельствам очевидцев, убили их водителя-сьерралеонца. Большинство шимпанзе вернулись сами, но альфа-самец Бруно, которого считали виновным в смерти водителя, бесследно исчез.
В заповеднике также жила Пинки, считавшаяся единственным в мире шимпанзе-альбиносом. Её тело было найдено в вольере в 2002 году, причина смерти так и не установлена.
Несколько лет заповедник также борется с таинственными внезапными смертями шимпанзе. Персонал подозревает, что виной может быть ядовитое растение, эндемичное для региона, но не исключает и других причин.
Надежда на будущее
Один из позитивных итогов кризиса Эболы для заповедника — сокращение традиционной практики убийства шимпанзе ради мяса диких животных (бушмита).
Однако основная угроза для дикой популяции — разрушение среды обитания. Лесной покров сегодня составляет едва ли 5% от того, что было 100 лет назад.
История может получить счастливый конец: по данным первой в истории страны переписи шимпанзе, усилия по сохранению помогли удвоить их популяцию в период с 1980 по 2010 год.
«Защита диких шимпанзе и их мест обитания через устойчивое развитие остается ключом к нашему будущему — таким наследием мы стремимся», — сказал Амарасекаран.