Растущие риски от рыбы из инкубаторов
Сборник из более чем 20 исследований ведущих учёных и государственных исследователей рыболовства из Аляски, Британской Колумбии, Вашингтона, Орегона, Калифорнии, России и Японии представляет растущие доказательства того, что лососи, выращенные в искусственных инкубаторах, могут навредить дикому лососю через конкуренцию за пищу и среду обитания.
"Генетические эффекты смешения инкубаторной и дикой рыбы хорошо задокументированы, — говорит редактор журнала Дэвид Нокс из Университета штата Орегон. — Но до сих пор экологические эффекты были в основном гипотетическими. Теперь мы знаем, что проблемы реальны и заслуживают большего внимания управляющих рыболовством".
Сборник исследований, опубликованный в майском выпуске Environmental Biology of Fishes, объединяет 23 рецензируемых независимых исследования, проведённых по всему ареалу тихоокеанского лосося, включая одни из первых работ о влиянии инкубаторов на дикие популяции лосося в Японии и России.
Исследования показывают, что быстрорастущая инкубаторная рыба конкурирует с дикой за пищу и среду обитания как в океане, так и в реках, куда они возвращаются на нерест. Также поднимается вопрос, сможет ли океан обеспечить достаточно пищи для поддержки будущего увеличения численности инкубаторной рыбы, сохраняя при этом продуктивность дикого лосося.
"Это не изолированная проблема, — говорит биолог Пит Рэнд из Wild Salmon Center, приглашённый редактор публикации. — Мы видим растущие научные доказательства того, что инкубаторная рыба может фактически вытеснять дикие популяции".
Потеря дикой рыбы означает потерю генетического разнообразия, позволившего лососю выживать веками. В отличие от инкубаторной, дикие популяции обладают рядом высокоспециализированных адаптаций к естественной среде, которые помогают им возвращаться в родные реки на нерест и повышают устойчивость к изменениям среды, таким как рост температуры океана и экстремальные колебания речного стока. Инкубаторная рыба, выведенная в контролируемых условиях, лишена этого генетического разнообразия, которое страхует от коллапса рыбных запасов.
Инкубаторы много лет используются для увеличения уловов в коммерческом рыболовстве тихоокеанского лосося (оборот >$3 млрд) и компенсации потерь дикого лосося, численность которого серьёзно сократилась из-за плотин и деградации среды обитания.
"Эти исследования показывают, что необходима ещё большая осторожность, чтобы программы инкубаторов защищали дикого лосося и не наносили непреднамеренного ущерба долгосрочному потенциалу нерестовых подходов", — говорит Рэнд.
С середины 1970-х годов масштабные программы инкубаторов в США, Канаде, России и Японии выпустили в воду миллиарды рыб. Растущий глобальный спрос на лосося привёл к призывам к дальнейшему расширению инкубаторного производства, особенно в России и на Аляске. В 2010 году переработчики морепродуктов предложили увеличить возврат горбуши из инкубаторов на 25–115% за пять лет. Российские управляющие инкубаторами заявили, что Россия планирует построить 23 новых инкубатора, что увеличит производство на 66% или 680 млн рыб.
"Масштабы нашей текущей системы инкубаторного производства огромны, — говорит Рэнд. — Ежегодно в мире выпускается 5 миллиардов мальков лосося, и перспектива дальнейшего увеличения производства вызывает беспокойство за долгосрочное выживание дикого лосося".
Не просто локальная проблема
Учёные также обнаруживают неожиданные взаимодействия в международном масштабе. Одно из новых исследований указывает, что кета, выпущенная из инкубаторов Азии (в основном Японии), сыграла значительную роль в сокращении дикой популяции кеты в отдалённой западной Аляске, в 2500 милях.
"Генетические данные показывают, что эти рыбы используют одни и те же кормовые угодья в открытых водах Берингова моря и северной части Тихого океана, — говорит автор Грег Руггероне из Natural Resources Consultants. — При ежегодном выпуске миллиардов мальков кеты из инкубаторов, численность взрослой инкубаторной кеты теперь намного превышает численность дикой, поэтому неудивительно, что мы видим свидетельства конкуренции в северной части Тихого океана".
Эта конкуренция, вероятно, усилится с прогнозируемыми изменениями океанических условий. Недавние климатические паттерны временно создали благоприятные условия для поддержания больших популяций лосося, но по мере их изменения количество доступной для лосося пищи в океане может значительно сократиться, что ещё больше затруднит выживание диких популяций.
Эти результаты заставили многих учёных указать на необходимость нового международного соглашения или договора для решения проблемы расширения инкубаторного лососеводства в открытых водах северной части Тихого океана.
Многие отраслевые лидеры, учёные и государственные агентства также подчёркивают важность дополнительных исследований для понимания полного воздействия инкубаторной рыбы на дикого лосося. "Дикий лосось представляет собой основу промысла лосося на Аляске, — говорит Стью Грант из Департамента рыбы и дичи Аляски, автор сборника. — Нам нужно больше информации о воздействии инкубаторного лосося, заходящего в наши реки с диким лососем".
"Нет замены дикому лососю. Он должен быть нашим приоритетом номер один, — говорит Гвидо Рар, президент Wild Salmon Center. — Дикий лосось — важная часть местной культуры и краеугольный камень экономического здоровья рыболовных сообществ. А устойчивость, которую дикий лосось привносит в наши рыбные промыслы, почти невозможно восстановить после потери. Учитывая эти новые данные, мы призываем управляющих рыболовством по всему северу Тихого океана изучить науку и перестраховаться, рассматривая методы работы инкубаторов и их расширение".