Французские резчики по слоновой кости на грани исчезновения
Анник Колетт-Фремон — представительница пятого поколения своей семьи, занимающегося искусством резьбы по слоновой кости, и, возможно, последняя в своей династии из-за новых правил во Франции.
Она одна из немногих оставшихся во Франции мастеров этого дела, ремесла, которое, по мнению защитников природы, стимулирует браконьерскую охоту на слонов и носорогов.
Колетт-Фремон и её коллеги работают с костью, импортированной до запрета более четырёх десятилетий назад, но утверждают, что их будущее обречено, когда вступит в силу новый декрет, и это не остановит убийства животных.
«К сожалению, это не спасёт слонов», — говорит 64-летняя Колетт-Фремон, чья мастерская находится в нормандском портовом городе Дьеп, бывшем центре торговли слоновой костью. «Нас осталась всего горстка. Мы не представляем опасности».
Браконьерство и новые правила
Численность африканских слонов сократилась примерно на 111 000 за последнее десятилетие, и сейчас их популяция на континенте составляет около 415 000.
Во Франции торговля слоновой костью строго контролируется с момента присоединения страны к СИТЕС (Конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения), которая теперь включает более 180 стран и запрещает импорт бивней.
В августе правительство Франции ужесточило правила, одобрив декрет, запрещающий «изготовление предметов из слоновой кости... независимо от возраста используемой кости».
Мастера утверждают, что не виновны в браконьерстве и используют кость, приобретённую до вступления договора СИТЕС в силу в 1975 году. «Мы работаем в основном с запасами, унаследованными от предков. Всё задокументировано и проверяется властями», — говорит резчик Бенуа Мижон.
Споры и последствия
Резчиков поддерживает мэрия Дьепа, считающая это искусство частью истории города. Мэр Себастьен Жюмель называет декрет министра экологии Сеголен Руаяль «неэффективным для защиты слонов и смертельным для прекрасного ремесла».
Защитники природы с этим не согласны, утверждая, что резчики, независимо от возраста их кости, косвенно подпитывают спрос, от чего выигрывают браконьеры и торговцы. «Единственный способ снизить спрос — закрыть внутренние рынки», — заявляет Селин Сисслер-Бьенвеню из Международного фонда защиты животных (IFAW).
Французские правила — самые строгие в Европе, хотя даже активисты сомневаются в их эффективности. «Франция не считается крупным рынком для недавно добытой кости, поэтому трудно понять, как такой запрет поможет спасти слонов», — отмечает Ричард Томас из TRAFFIC.
В XVI веке Дьеп был наряду с Парижем главным центром резьбы по слоновой кости во Франции. В XIX веке в одной из многочисленных мастерских города работало 40 человек. Сегодня же менее полудюжины человек во Франции зарабатывают на жизнь этим ремеслом.
Колетт-Фремон надеялась, что её дочь Джулия продолжит традицию в шестом поколении. «Теперь её планы под угрозой», — говорит она.