Лос-Анджелесский зоопарк пытается сократить гендерный разрыв у комодских варанов

Лос-Анджелесский зоопарк пытается увеличить популяцию самок комодского варана — гигантской и находящейся под угрозой исчезновения ящерицы — с помощью ДНК-теста, изначально разработанного для определения пола птичьих яиц.

Увеличение числа самок поможет сократить гендерный разрыв в популяции варанов в неволе в Северной Америке, где сейчас содержится 71 самец, 46 самок и 6 особей, чей пол неизвестен. Это также приблизит вид к самоподдерживающейся и генетически разнообразной популяции, которая, по мнению учёных, будет достигнута при наличии 75 самцов и 75 самок.

"До сих пор мы не могли контролировать пол вылупляющихся варанов, что создавало перекошенную популяцию с преобладанием самцов", — сказал Ян Реччио, куратор по рептилиям и амфибиям в L.A. Zoo. — "В неволе нередки случаи, когда самцы убивают самок, а самки склонны к часто смертельным осложнениям при беременности".

Ещё одна причина для управления количеством и полом вылупляющихся каждый год варанов: их дорого содержать, и они вырастают достаточно большими, чтобы съесть человека.

"Комодские вараны — это как содержание тигров", — сказал он, любуясь одним из двух взрослых особей в зоопарке, 10-футовым (около 3 м) самцом с мощным хвостом, острыми когтями и токсичной слюной.

Процедура, впервые опробованная в L.A. Zoo, включает введение тонкой иглы в кожистую скорлупу яйца варана размером с бейсбольный мяч на середине 260-дневного инкубационного периода и извлечение небольшого образца крови, не убивая эмбрион. Образец отправляется в лабораторию для ДНК-тестирования на определение пола.

Кураторы затем наносят каплю клея на место прокола и возвращают яйцо в гнездо точно в том положении, в котором оно было отложено.

"В отличие от птичьих яиц, яйца рептилий вообще не могут вращаться во время инкубации", — пояснил Реччио.

До конца инкубации позволили развиваться только яйцам с самками.

В рамках совместного исследовательского проекта эта ДНК-процедура также была использована в зоопарке Мемфиса, где пять яиц варана — все с самками — должны вылупиться со дня на день.

"Теперь мы можем управлять нашими усилиями по разведению в соответствии с целями популяции в неволе в любой момент времени", — сказал Крис Бейкер, помощник куратора герпетологии в зоопарке Мемфиса. — "Сейчас нам нужны самки".

Зоопарки Лос-Анджелеса и Мемфиса входят в число дюжины зоопарков Северной Америки, которым удалось развести этот вид, впервые открытый западными зоологами в 1912 году.

Наличие большего количества стратегически выведенных варанов для выбора поможет предотвратить инбридинг в популяциях в неволе с течением времени, что делает их слабыми и восприимчивыми к наследственным заболеваниям, отметил Реччио.

Зоопарки с программами разведения в неволе уже регулярно жертвуют или обмениваются особями в "генетических обменах, которые мы называем музыкальными драконами", сказал Реччио.

Например, детёныши варанов, вылупившиеся в L.A. Zoo за последний год, будут переданы в зоопарки Европы, Индии и Австралии.

Комодские вараны всегда были редкостью в неволе, поскольку им требуются специальные вольеры, где круглый год поддерживается температура около 90°F (~32°C), и покрытые, как теплица, чтобы пропускать необходимый им ультрафиолетовый свет от солнца.

Лишь около 2000 этих существ, чьи корни уходят в палеоценовую эпоху 60 миллионов лет назад, осталось на пяти небольших островах в Индонезии. Островные местообитания настолько ограничены, что цунами, извержение вулкана или повышение уровня моря могут уничтожить свободно живущих ящериц, уже находящихся под угрозой из-за браконьерской охоты на их излюбленную добычу — оленей.

В перчатках Реччио поднял одного из последних детёнышей зоопарка, улыбнулся и сказал:

"Эта маленькая жемчужина длиной около 12 дюймов (~30 см). Примерно через семь лет она достигнет половой зрелости. Она будет красивой, величественной и такой же страшной, как её мама и папа — самое близкое к динозаврам, что у нас есть. Какой ребёнок не захочет это увидеть?"