Управление микроскопической самосборкой с помощью света и тепла

Самосборка — это спонтанная организация строительных блоков в структуры или узоры из неупорядоченного состояния. Повседневные примеры включают замерзание жидкостей или кристаллизацию солей. Эти процессы также происходят во многих биологических системах, например, при сворачивании белков или формировании спиралей ДНК. Исследователь Патрик Хаге создал новый класс самоорганизующихся микрочастиц, реагирующих на температуру и свет, что позволяет точно контролировать их сборку в структуры.

Коллоидные частицы размером от нескольких нанометров до нескольких микрометров часто используются для изучения процессов самосборки. Из-за их малого размера гравитационные силы оказывают минимальное влияние на их движение. В результате эти частицы стремятся двигаться случайным образом, одновременно взаимодействуя друг с другом.

«Несмотря на малый размер, эти коллоидные частицы можно визуализировать с помощью обычных методов микроскопии, — отмечает Патрик Хаге, бывший аспирант, а ныне постдок в группе «Самоорганизующаяся мягкая материя». — Упорядочивание этих материалов в таком масштабе может привести к созданию материалов с новыми механическими и оптическими свойствами. Природным примером коллоидной «суперструктуры» с уникальными оптическими свойствами является опал, состоящий из кристаллов мелких кремнеземных сфер. Контроль над суперструктурами может привести к созданию новых материалов для фотонных кристаллов, покрытий и датчиков».

Важность контроля

Для создания отзывчивых и перестраиваемых коллоидных материалов очень важен контроль над взаимодействиями между частицами и возможность модулировать эти взаимодействия с помощью внешних стимулов.

Один из способов помочь в модуляции взаимодействий — поверхностное функционализирование, когда к поверхности частиц прикрепляются небольшие одноцепочечные ДНК. Как и в ядре клетки человеческого тела, эти цепи ДНК связываются друг с другом, образуя двойную спираль.

«Именно образование этих спиралей ДНК удерживает частицы вместе, — говорит Хаге. — Частицы с ДНК на поверхности можно модулировать, используя температуру в качестве триггера. Это контролирует, как частицы взаимодействуют друг с другом, и приводит к образованию сложных структур, таких как коллоидные кристаллы».

Множественные триггеры

Целью исследований Хаге в рамках PhD было разработать систему, реагирующую на несколько триггеров — в данном случае свет и температуру. «Использование нескольких триггеров позволяет контролировать рост структур как в пространстве, так и во времени».

Хаге достиг этого, добавив светочувствительную молекулу к цепям ДНК, ответственным за коллоидную сборку. В результате взаимодействия частиц стали чувствительными одновременно и к свету, и к температуре. Сочетание этих частиц с флуоресцентным микроскопом, нагревательной камерой и цифровым микрозеркальным устройством позволило визуализировать частицы, одновременно обеспечивая точный контроль температуры и возможность нанесения на образец световых паттернов.

«Я создал установку, которая позволяет визуализировать формирование суперструктур (например, кристаллов) при определенных температурах, одновременно получая возможность модифицировать или удалять нежелательные структуры, применяя локальные световые паттерны, — говорит Хаге. — В будущих процессах этот двойной контроль можно будет использовать для создания самособранных структур для различных применений, таких как продвинутые датчики или фотонные кристаллы для фотонных устройств».

Хаге продолжит работу над своей диссертацией в рамках 4-месячной постдокторской позиции в той же группе. «Я с нетерпением жду возможности продолжить дальнейшую оптимизацию системы, а затем передать знания другим членам группы».